Где она, хрупкая, беззащитная женщина, берет силы не только бороться с невзгодами, ударами судьбы, но и оставаться человеком, воспитывать детей?
– Вот ты о чем? На этот вопрос, командир, у меня ответа тоже нет. Хотя жизнь любого заставит крутиться юлой.
– Но не любой при этом остается человеком. Эх, надо было выпить перед вылетом. Подождал бы экипаж!
– А что, легче стало бы?
– Легче! Но что говорить об этом? В военной «вертушке» бара не предусмотрено.
Шепель хитро взглянул на Тимохина:
– Командир должен лучше знать своих подчиненных!
Александр удивился:
– Ты это о чем?
– А вот об этом!
Капитан достал из-под сиденья бутылку, наполненную розовой жидкостью:
– Самогон, Саныч! Первач, как Тимур сказал!
– Когда ты успел пойло прихватить?
– Во время твоей прощальной беседы с Беллой. Ну, что, хватанем по сотке? Или до самолета обождем?
Крымов посмотрел на подчиненных:
– Чего это вы разговорились?
Тимохин указал на бутылку:
– Выпьешь?
Крымов перевел взгляд на Шепеля:
– Успел затариться?
Капитан улыбнулся:
– А как же? Ну, что, господа старшие офицеры, решайтесь, а то скоро Владикавказ!
Крымов махнул рукой:
– Наливай! Хуже не будет.
Заодно и часы Саныча обмоем!
– Э-э, нет! Часы оприходуем дома, в кафе, как положено!
Тимохин, приняв раздвижной походный стаканчик, проговорил:
– Как-то неудобно получается, мы втроем пьем, а остальные, .
..
Шепель прервал речь командира, вытащив из-под скамьи вещевой мешок:
– Тут на всех хватит!
Крымов воскликнул:
– Ну, Шепель, ну ты и деловой!"
"– Должен же в группе хоть кто-то быть деловым. Вот я и исполняю эти обязанности, по совместительству! Правда, «бабки» ни хрена за это не платят, но и ладно.
Я не в обиде!
Крымов и Тимохин рассмеялись. Сейчас, когда боевая операция была успешно завершена, они имели право немного расслабиться. Тем более, впереди их ждала встреча с близкими и, как минимум, пара суток отдыха. Офицеры возвращались туда, где их любили и ждали. Спецназ возвращался домой."
