Аглая бросила взгляд на свою мать, которая недовольно покусывала губы. "Почему ты это сделала?" Мать вздохнула и прикрыла рот ладонью: "Твой Ванюша — доктор физико-математических наук. Все время, что он проводил на твоих работах..." Аглая отложила вилку, глаза ее сверкали предвкушением новой загадки и приключений....
Она пришла в себя, лишь когда маленький отряд полностью остановился, и мужчины начали спрыгивать с лошадей. Аглая обеспокоенно завозилась, когда ее охранник плавно соскользнул на землю. Без его поддержки она с едвп держалась в седле и покачивалась даже от незначительной высоты.
— Не бойтесь, княжна, я вас держу. — Мужчина протянул к ней руки и уверенно обхватил талию.
Когда он снимал Аглаю с лошади, вновь раздался волчий вой. На этот раз в нем слышалось дикое рычание. Как будто зверь стоял рядом и скалился.
— Развылись. Зверье…
Аглая не слышала, кто это сказал. Она затравленно оглядывалась, пытаясь понять, где оказалась. В какой-то момент в чащобе сверкнули два круглых бирюзовых глаза. Они смотрели прямо на Аглаю. Она испуганно отступила назад, врезавшись во что-то твердое. Сильные руки легли на плечи, удерживая на месте:
— Что с вами, княжна?
Она испуганно обернулась, глядя в скрытое шлемом лицо, и неожиданно для самой себя спросила:
— Как тебя зовут?
— Денеш, княжна.
Аглая снова повернулась к черным зарослям:
— Там кто-то есть.
— Не бойтесь, госпожа. Вам просто кажется.
До рези в глазах Аглая всматривалась в черноту. Там действительно никого не было. Но она ведь видела… Видела!
Аглаю начала бить дрожь. Да такая сильная, что застучали зубы. Ее окружили мужчины. Слева оказался «отец». Справа — Денеш. Плотным кольцом они двинулись вперед. Аглае не оставалось ничего иного, как идти за ними. Ведут то ли как пленницу, то ли как преступницу. От сонма мыслей по телу загулял озноб.
Открывшийся вид убедил, что погрязла она очень глубоко. Они дошли до деревянного помоста, соединяющего берег и тонущую в клубах тумана землю. По обеим сторонам от помоста тянулись высокие деревянные столбы, напоминающие почему-то виселицы. Но, к счастью, вместо людей на них висели фонари.
Аглая почувствовала подступающую к горлу истерику. Крик и плач рвались наружу. Все-таки она сходит с ума. Ну не может быть все происходящее чьим-то розыгрышем.
