— Я же от всего сердца…
— Не надо мне ничего, сказала же, — я попыталась пройти мимо него, но он поймал меня за талию и прижал к себе. Врезалась в его плечо и замерла. Боже, вдохнуть хоть немного его запаха. Ненавижу гада! И люблю… — Пропусти меня, Ланской, у меня важный разговор.
— С кем? — спросил он, не собираясь даже ослаблять объятия и вдыхая запах моих волос.
Мы, как два дурака, стояли и дышали друг другом… Наверное, странное зрелище.
— С Фёдором.
— Что у тебя с ним всё за дела?
— Да такие вот дела. Ну серьезно, Мир.
Это важно. Отпусти, мне надо к нему зайти, отдать больничный лист и поговорить.
— А потом со мной поговоришь?
— Ладно, — брякнула я, не собираясь выполнять обещание. Сказала, лишь бы отвязался.
— Я буду ждать тебя.
— Ладно-ладно, отпускай.
Он наконец убрал с меня свои приятные, стоит признать, лапы, и я пошла дальше по коридору. Мира я решила в дело с Фёдором не втягивать. И у меня уже есть план.
* * *Я постучала в дверь и, получив разрешение, вошла в кабинет художественного руководителя нашего театра.
А точнее, теперь уже не нашего, ведь я увольняюсь.
— Добрый вечер. Я принесла больничный лист, — сказала я, подошла ближе к столу и протянула ему лист.
— Здравствуй, Диана, — ответил он, забрал больничный из моих рук и просмотрел. Потом вернул. — Хорошо, отнеси это в бухгалтерию.
— И ещё… — протянула я ему еще один заранее заготовленный лист в папке, что я принесла с собой. — Вот.
Фёдор снова забрал из моих пальцев лист и пробежался глазами по тексту. Затем поднял их на меня.
— Вот так, значит, ты решила?
— Да.
— Уволиться?
— Да, — повторила я. — Надеюсь, при этом Мир останется здесь, и его трогать вы не станете. Иначе вам придётся это как-то объяснять трудовой инспекции.
Мужчина бросил на стол моё заявление об увольнении и окинул меня недобрым взглядом.
— Трудовой инспекцией решила меня напугать, девочка? — усмехнулся он.
— Не пугаю, — ответила я. — Предупреждаю. А с Миром мы всё равно расстались, и работать здесь мне будет тяжело. Поэтому вы остаётесь, а я — ухожу.
Так будет лучше для всех.
Фёдор встал со своего места и подошёл ближе. Положил руки на ручки кресла, в котором сидела я.
— Так тем более, если расстались, — сказал он возле моего уха. — Может, стоит подумать тогда ещё раз? Зачем тебе увольняться? Я тебе дам роли, будем проводить вечера с тобой, раз Ланской больше не преграда.
— Я не буду с вами спать, — заявила я твёрдо, попытавшись подняться с кресла, но угодила прямо к нему в руки.
