– Заодно Катьке не нужно будет стратегий придумывать.
Они вдвоем уезжали в Англию, в Кембридж, где отец руководил лабораторией, а мать читала лекции по физике. Обычно они отсутствовали месяца по два, иногда по три. Время от времени Катерина летала к ним погостить и однажды свозила бабушку. Страна бабушке понравилась, а кухня и англичанки – нет. “И то, и другое одинаково убогое”, – заключила она тогда.
– Однажды я его видел, – задумчиво произнес отец.
– Кого? – не поняла Катерина.
– Кольцова.
– Пап, его в этой стране хоть раз в жизни видел, наверное, каждый.
Его каждый день по телевизору показывают."
"– Я имею в виду – живьем, – улыбнулся отец, – в прошлом году, в Париже. Мы прилетели на конференцию и жили в этом шикарном отеле, который почти на площади Конкорд. Я забыл, как он называется…
– “Георг Пятый”, – подсказала мать.
– Точно! Вот мы жили в этом “Георге” и однажды столкнулись с Кольцовым в вестибюле. Он вышел откуда-то, из лифта, что ли, а мы ждали сопровождающего из Сорбонны.
Я даже запомнил, что он остановился возле нас вместе со всей своей охранной сворой, потому что у него мобильный зазвонил. Он совершенно ужасный, это я точно запомнил. Больше ничего не запомнил, а что ужасный – помню.
– Ты меня просто утешаешь, пап, – пробормотала Катерина.
– Не знаю, по-моему, пытаться определить его в губернаторы – дело гиблое, – продолжал отец задумчиво. – Он весь такой… закомплексованный, что ли. Людей боится, в глаза не смотрит. Да и внешность у него, прямо скажем, специфическая.
– Это его люди боятся, – сказала Катерина, допивая кофе. – А в глаза не смотрит, чтоб никто ничего вдруг не попросил. А внешность можно любую изобразить, ты ж понимаешь.
– Дима прав, – вступила бабушка. – Вера Владимировна считает, что у всех нынешних политиков физиономии уголовных преступников, а народ таких не любит.
Вера Владимировна была одной из бабушкиных “девочек”, посещавших сауну. Ее муж когда-то работал в ЦК и лично знал коменданта Кремля, а потому Вера Владимировна считалась непревзойденным авторитетом в области политики.
– И все-таки вы бы прежде подумали, – посоветовала мать, – может, и не стоит связываться…
– Мам, за меня уже подумали и связались. – Катерина начала раздражаться потому, что все, включая бабушку, были правы. – Мне остается только вывернуться наизнанку, а процесс запустить. Кстати, в понедельник меня везут, представляться.
– Не злись, Катька, – посоветовал отец. – Просто мы за тебя болеем.
