Поскольку выбора как такового у меня все равно не было, приняла предложенную помощь и как под конвоем, с двумя мужчинами по обе стороны от меня, отправилась в здание.
Стоило переступить больничный порог, как в нос ударил непередаваемый запах антисептика, страха и боли, который бывает только в медицинских заведениях. Уверенно шагая вперед, полицейские меня куда-то вели."
"При всём желании мои попытки запомнить дорогу, оканчивались полнейшим провалом. Слишком сильно я переживала за Игоря.
Меня завели в какую-то небольшую комнату и предложили присесть, что я с радостью и сделала.
Один из мужчин встал напротив двери, отрезая путь к отступлению, второй же присел рядом со мной и начал допрос.
Мне задавали множество вопросов, на которые я только и успевала отвечать. Приходилось тщательно обдумывать каждое слово, дабы не сказать ничего лишнего. Я ж не знала, порядочные это полицейские или нет, а в том, что у Мухина многое схвачено и без того было понятно.
Меня пытали вопросами, казалось, целую вечность, но в конечном счёте, отпустили.
Полицейским нужно было уезжать на новый вызов, мне же ничего иного не оставалось, как сидеть в одежде, пропитанной кровью своего защитника и ждать результата операции, подпрыгивая каждый раз, когда из двери, ведущей в коридор, где находилась операционная, выходил медработник.
Операция длилась нескончаемо долго. Казалось, прошла целая вечность с момента, как нас сюда привезли.
В коридоре было абсолютно пусто, а я была абсолютно вымотана. Забравшись с ногами, предварительно разутыми, на холодную скамью, попробовала прилечь. Силы медленно покидали меня.
Тело ломило от неудобной позы, мороз пробирал до костей, но я, сжав зубы, не двигалась с места, ожидая вердикта. Усталость — ерунда! Холод тоже! Сейчас самое главное, чтобы Игорь остался жив.
Его вещи сдали под опись на хранение. Я, как ни старалась, так и не смогла уговорить отдать мне его телефон.
Медработник оставался непреклонен в отказе. Поняв, что только зря отвлекаю человека от работы, вернулась на скамейку, раздумывая, что же делать дальше.
В идеале, после того, как завершится операция, нужно будет поехать домой. К нему домой. Но вот только у меня не было ни ключей, ни точного адреса.
Отправиться к Соне с Олегом было равносильно самоубийству. Вот где-где, а там меня уж точно поджидает засада.
