Нина училась, потом работала не покладая рук и не заметила, как прошла молодость, а она всё одна и одна. Решила бороться с одиночеством, взяла экстрим-путевку, полезла в подземелье, провалилась в яму. Она ждала помощи, но пришлось спасаться самой. У неё был выбор, шагать в чуждый мир или надеяться, что о ней вспомнят и спасут. Нина осознанно сделала шаг в неизвестность. Спокойная, подробная, бытовая женская история. Пока черновик....
Если бы Нина не понимала, что с её объёмами она пролазит и даже может развернуться, то ни за что, никогда не полезла бы. А вот некоторые ледяные с трудом протискивались, но препятствие преодолели все.
Дальше её снова муж взял на руки, и они все вместе побежали, но не на повышенной скорости, а вполне по-человечески. Хода как такового не было, лишь неровная расщелина, но они миновали её и очутились там, где Нина топнула наверху ногой.
Имперо опустил её на землю, с укором посмотрел на неё. Нина забыла надеть варежки и её руки замёрзли.
Ледяная.
Именно эта река была им нужна. Её воды бегут дважды под горой и любопытствуют на другой стороне. А вот пещера не та, что показывал ей Мир. Об этом она и сказала.
–Ничего королева, главное, что речка вынесет нас к новым землям, а по пути мы посмотрим, мимо каких пещер она протекает, – бодро откликнулись охотники.
Выбравшись на поверхность Сэл посовещавшись с ребятами, решил разделиться. Мируна выгрузила из своего фургона как можно больше продуктов, и в обратный путь отправились уже не все.
Имперо переселился в фургон, который занимала Нинина помощница, и разделил его ещё с двумя охотниками, а девушки, как и когда-то, поехали вдвоём. Третий фургон заполнили едой, дровами, и оставили охотникам, что решили попытаться исследовать реку и найти подходящую пещеру.
Обратно луты везли путешественников прямо в столицу, выбирая наиболее короткий путь. Находиться в дороге ужасно надоело, глаза хотели больше цвета, живот капризничал и требовал прямо противоположных продуктов, что были, и главное всё время нужен был Сэл. Только рядом с ним к Нине приходило спокойствие, умиротворения и оставляла тревога.
Нина обрадовалась дворцу, как родному. Проверила всех ребят в школе, все живы, здоровы, с удовольствием ответила на все их вопросы.
Нина поплелась к себе, занялась собою, заказала еду. Всё пресное, захотелось острого, потом опилась, а Сэла всё нет. Целую неделю Нина ходила сама не своя, никто её не любил, или слишком любили.
