После чего произнес: «Ей нужно учиться брать ответственность за свои ошибки на себя. А ты ей в этом упорно, год за годом, мешаешь».
«Она не виновата».
«Тогда не ной».
Страховка всё погасила. Мы же с Виктором Арсеньевичем вместе вышли из участка, он предложил перекусить, а заодно пообщаться. Я согласился.
Взгляд у нее сегодня был напуганный, интересно почему.
Тут же обрываю себя. Не мое дело больше.
Назад дороги нет и не будет. Я просто... сам не понял, как так вышло. Увидел Юлю в подготовительной школе в шестнадцать лет и всё.
Просто сразу в один момент, аж дыхание сбилось и волоски дыбом встали. Она ждала подружку у женского туалета и держала в руках две тяжелые сумки с учебниками. От нее будто свет исходил, такая яркая и нежная. Я подошел, она дерзко буркнула, что тут очередь. Я ответил, что на женский туалет не претендую.
Юля сделала вид, что искренне удивилась и отвернулась. Я охренел от такой наглости. Подумал: ну что за выдра! Будет моей теперь.
Она просто... ну не знаю, особенной показалась.
Я ей всё прощал — отказы, высокомерные взгляды, насмешки. Воодушевляло то, что с другими также себя вела. Эту крепость нужно было взять любой ценой. Чуть позже, на первом свидании, вообще выяснилось, что она меня тогда не запомнила. И не узнала позже. Не понравился.
Да, я всегда любил ее чуточку больше.
Потом был первый поцелуй. Внутри барабаны долбили и бомбы взрывались, так вкусно и хотелось еще. Через недельку, правда, дошло, что целоваться мне предстоит еще много–много месяцев, на большее Юля была несогласна категорически.
И поцелуи уже не так радовали.
А дальше я начал тупить. Странный период был, наверное, ненормальный. Юля сама мне разрешила спать с другими, ей было всё равно, лишь бы на ее честь не покушался. Стоило разрешением этим воспользоваться. Я раздумывал об этом, но, правда, не представлял, как это организовать технически: чтобы с девчонкой до постели дойти нужно было бы хоть немного пообщаться. А у меня Юля в телефоне двадцать четыре на семь. Пойти куда–то познакомиться, параллельно Юле написывая? Это казалось дико неправильным.
Да и я бы лучше к Юле приехал и с ней время провел. Так и делал: ездил, проводил. Месяц за месяцем, год за годом.
Придурок.
Преданность эта тупая никому не была нужна. Лучше бы опыта набрался, и был готов к нашей близости. В итоге старался изо всех сил, но ей, видимо, не нравилось.
Два месяца назад у меня был лучший секс в жизни — Юля приехала в клуб, где я проводил время с друзьями.
