Автор
Посреди шатра, как исполин севера, стоял великан-викинг, заставляющий сердце колотиться от страха. Весь день они брели через заснеженный лес до рассвета, несмотря на туман и холод. Эльфвина уже полагала, что видела чудовищное мелькание в сумраке.
«Ты должна любить только Мерсию, — сказала матушка в тот день, когда Эльфвина осмелилась спросить, не желает ли она замужества по любви для единственной дочери. — Должна любить так сильно и преданно, как только можешь, дочь. Не думай об иной любви. — Взгляд ее, который унаследовала Эльфвина, был спокойным, невозмутимым. — Иной любви не будет в твоей жизни. Впрочем, если ты полностью посвятишь себя делу, как я завоеваниям, то однажды, возможно, сможешь любой союз сделать полезным себе».
Ответ матери совсем не удивил Эльфвину.
«Только глупенькие девушки влюбляются в мужчин, очаровавших их сладкими речами и ухаживаниями, — говорила дочери Этельфледа. Голос и взгляд ее были слишком нежными для столь суровой и сильной женщины. — Любовь для женщин постарше, которые не спешат, все просчитывают, прежде чем дать мужчине желаемое».
Здесь, в этих темных лесах Эльфвина улыбнулась своим мыслям, отвернувшись, чтобы Бьорн случайно не заметил.
«Матушка, я никогда не хотела власти над королевствами, — произнесла она про себя. — Но за счастливую жизнь, как в том доме, готова сражаться».
Эльфвина приготовилась выжидать время. Она ступала осторожно, чтобы не вывихнуть ногу, чем могла бы значительно усложнить свое положение. Если такое вообще возможно.
Солнце уже было в зените, а они все шли.
— Остановимся отдохнуть, — сказал он. — Пожалуй, испробую то, что уже получил Торбранд. — Он усмехнулся.
Грязная свинья.
Эльфвина резко повернулась и посмотрела ему в глаза. Она не была королевой воинов, как матушка, но и не была трусихой.
— Ты не боишься, что Торбранд уже идет по нашему следу?
— Ты высокого о себе мнения, — фыркнул Бьорн. Потом демонстративно скинул плащ и принялся возиться с застежкой штанов. — Но твои чары, видимо, сильны.
Эльфвине ничего не оставалось, как стоять на месте и попытаться внутренне подготовиться. Она обхватила себя руками, надеясь, что мужчина примет ее жест за испуг. Медленно сунула руку под плащ и положила ее на кинжал. «Будь внимательна, — сказала она себе. — У тебя может быть только один шанс нанести удар»."
"— Торбранд может обрадоваться твоему исчезновению, — продолжал Бьорн. Он не скинул штаны, чему она была рада, но все же ощущала угрозу.
