Но этот тип положил на стол 500 долларов, и, поскольку сама татуировка стоила 150 да посетителей в последние месяцы было не сказать чтоб много, Джин достал дамскую бритву и мужской дезодорант. От предложенного виски, впрочем, он отказался. Вот уже двадцать лет Джин Бинош занимался татуировкой, гордился своей работой и говорил, что настоящие мастера на работе не пьют. По крайней мере виски.
Он выколол заказанную розу и приложил к ней кусок туалетной бумаги:
– Первую неделю берегитесь солнечных лучей и мойтесь без мыла.
Хорошая новость – болеть перестанет уже вечером. Плохая – вы обязательно вернетесь, чтобы сделать еще одну.
И с ухмылкой добавил:
– They always do[112].
– Мне хватит и этой, – ответил посетитель и, шатаясь, вышел.
23
Четыре тысячи футов и конец
Открылся люк. Ветер оглушительно свистел в уши. Харри сел перед люком на колени.
– Готов? – крикнули ему на ухо. – За кольцо дергай на четырех тысячах, потом начинай считать. Если через три секунды парашют не раскроется, значит, что-то не так.
Харри кивнул.
– Я пошел! – крикнул голос.
Он увидел, как ветер вцепился в одежду маленького человека, когда тот выбрался под крыло. Торчащие из-под шлема волосы развевались по ветру. Харри взглянул на наручный альтиметр. Чуть больше десяти тысяч футов.
– Еще раз спасибо! – крикнул он пилоту.
Тот обернулся:
– Всегда пожалуйста, коллега. Куда приятнее, чем фотографировать поля марихуаны!
Харри высунул из самолета правую руку. Вспомнил, как в детстве, проезжая летом по Гюдбрандсдалю до Ондалснеса, высовывал руку из машины, чтобы «полетать».
И как ветер иногда подхватывал его ладошку.
Скорость ветра за бортом была потрясающей. Харри с трудом высунул наружу ногу, про себя приговаривая, как научил Джозеф: «Правая нога, левая рука, правая рука, левая нога». Он встал на подножку рядом с Джозефом. Обрывки облаков летели на них, пролетали мимо и через секунду были уже далеко. Внизу лежало пестрое покрывало из зеленых, желтых и коричневых лоскутков разных оттенков.
– Проверка! – крикнул Джозеф на ухо.
– Готов! – крикнул Харри в ответ и увидел, как пилот поднял вверх большой палец. – Пошли! – Он снова посмотрел на Джозефа.
Тот белозубо улыбался из-под шлема и очков. Харри сместил центр тяжести и поднял правую руку:
– Горизонт! Вверх! Вниз! Пошел!
Он был в воздухе. Самолет продолжал лететь вперед, и Харри показалось, что их с Джозефом сдуло. Краешком глаза он увидел, как самолет повернул, и вдруг понял, что это он сам повернулся.
