"
"— У нас есть сигареты? — спросила Вера Михайловна, когда Полина Сергеевна замолчала.
— Ты же не куришь. Вот и Олег начал искать трубку и табак, которые сто лет назад выкинули.
— Тогда коньяка или водки.
— Поразительно сходные реакции, — слабо улыбнулась Полина Сергеевна.
— Сбегать? — вскочила из-за стола Ксюша.
Вера Михайловна и Полина Сергеевна посмотрели на нее с недоумением, точно забыли о «свято месте».
— Ксения Эдуардовна, сбегайте! Желательно на два часа, — велела Вера Михайловна.
— Водка или коньяк? — уточнила девушка.
— Кому?
— Вам.
— Нам? — поразилась Вера Михайловна. — Мы не пьем. А вы…
— Я — могила, меня нет, — подняла руки вверх Ксюша и тут же плюхнулась на стул, сделала вид, что изучает журналы.
Вера Михайловна принялась переставлять предметы на своем столе, где бумаги и канцелярские принадлежности находились в безукоризненном порядке.
— Полинька! — наконец собралась с духом она и перестала терзать карандаши в стакане. — Ничего трагического не произошло! Все живы и здоровы.
— Конечно, слава богу!
— Так случилось, и мы вынуждены принять в открывшихся обстоятельствах новый порядок поступивших данных. Кажется, я выражаюсь как заправский бюрократ.
— Точно! — подтвердила Ксюша.
— Еще одна реплика, — пригрозила девушке Вера Михайловна, — и вы пойдете в библиотеку собирать данные о моллюсках за последние сто лет.
— Молчу!
Вера Михайловна заговорила о том, что связь юноши и зрелой женщины описана в некоторых художественных произведениях, что юноша на всю жизнь сохраняет добрые воспоминания о той, которая ввела его в мир чувственных отношений.
Да и браки, в которых жена намного старше мужа, не столь уж редки. Муж Агаты Кристи был младше ее на пятнадцать лет, муж Эдит Пиаф — почти на тридцать. У Ирины Архиповой и Владислава Пьявко разница в возрасте составляла шестнадцать лет…
— Нет, я фигею! — подпрыгнула на стуле Ксюша. — Вы же умные женщины! Вера Михайловна, у вас крыша в облаках, а жизненный опыт, извините, ниже плинтуса. А между ними — одни теории.
Полина Сергеевна и Вера Михайловна с удивлением смотрели на девушку, которая возбужденно размахивала руками и шумно возмущалась:
— Эдит Пиаф, Архипова — певицы, верно? Вы еще Аллу Пугачеву вспомните! Может, им для голоса молодая кровь нужна. Полина Сергеевна, что, эта ваша Дуся — народное сопрано?
— Нет, — улыбнулась Полина Сергеевна. — Юся не поет на сцене.
— Она его в колясочке катала! — продолжала бушевать Ксюша. — Я балдею! Катала-катала и прикатила к загсу.
