А затем его руки накрывают мои плечи, словно два обжигающих клейма.
Глава 4. В руках босса
Чувствую, как от затылка до самой поясницы у меня пробегает тихая мелкая дрожь. Чтобы немедленно прервать неожиданное посягательство босса, мне достаточно просто раскрыть рот или вообще вскочить... но я никак не могу заставить себя сделать ни то, ни другое.
Сильные, настойчивые пальцы Боярова скользят по моим плечам, отодвигают выбившиеся из причёски локоны в сторону и поглаживают чувствительный затылок - там где линия волос переходит в шею.
От мурашек удовольствия вся моя кожа становится гусиной.
- Расскажи, что именно тебя мучает... - шепот босса соблазняющей сладостной патокой так и льется в уши, а пальцы тем временем медленно двигаются вдоль позвоночника, разминая каждый миллиметр моей кожи. - Я могу снять твою боль, если ты доверишься мне...
Слова Боярова звучат так, будто речь идет не о физической боли в спине, а как минимум, о душевной... или сердечной. Ему бы в психологи с такими талантами!
Господи, как же унять эту дрожь? И вообще, надо просто отодвинуться, отстраниться.
.. но тело, как назло, категорически отказывается это сделать, купаясь в ласке мужских прикосновений.
Слабость с тревожащей быстротой охватывает каждый миллиметр, каждую клеточку изнемогающей плоти... и особенно концентрируется в животе и коленях. Это очень, очень беспокоит. Но еще больше меня ужасает томительная жажда покорно опустить ресницы... и застонать.
Кошмар!
Стискиваю зубы и на одном еле живом усилии воли напрягаю мышцы, чтобы подняться из-за стола и скинуть с себя слишком умелые руки Боярова.
..
Но тут умопомрачительно расслабляющий массаж мгновенно превращается в жесткую хватку на плечах.
- Куда убегаешь? Я еще не закончил, - губы босса почти касаются нежной мочки моего уха.
Чувствую, как и без того пылающее лицо накрывает новая волна взволнованного жара. Изо всех сил сдерживаю сбившееся дыхание, чтобы не выдать своего состояния, но разве от проницательного взгляда этого опытного бабника его возможно утаить? Уверена, он прекрасно осознает, как его «невинный массаж» действует на женщину! Тем более настолько неизбалованную мужским вниманием.
- Василий Андреевич... - я беспомощно сглатываю, всё еще отчаянно борясь со сладостной, невыносимо приятной реакцией на его прикосновения, и чувствую, что проигрываю, задыхаюсь в ловушке этого тактильного безумства. - Перестаньте...
- М-м, - неопределенно откликается он, даже и не думая прекращать массаж. - Как всё запущено...
