— Я посмотрела непосредственно на Неферет. — И точно так же как Ских, я не буду вмешиваться в ваше правление, если вы не будете вмешиваться в мое.
— Ты смеешь объявить себя королевой? — ошеломленно произнесла Неферет.
— Ну-у, конечно нет. Но Ских сделала меня ее Хранительницей. Также Старк был принят как Страж. В Потустороннем мире у него были меч и все остальное. Он — мой Воин, таким образом, я являюсь своего рода непризнанной королевой. Младшей, тем не менее, — добавила я.
— Это не кажется мне правильным, — сказала Неферет.
— Я согласен с Неферет, — поддержал ее Дракон.
Я в изумлении смотрела на него, пытаясь подать ему знак: Правда? Ты взаправду сказал, что согласен с Неферет после всего, что ты знаешь о ней? Но Дракон смотрел сквозь меня, будто вообще не мог меня видеть.
— Я должна посоветоваться с Высшим советом, Зои Редберд. Мы не поддерживаем идею о вампирских королевах. Вампиры — это Жрицы, Воины и Профессора, а так же различные жизненные пути, которые касаются этих призваний. Это наша традиция с давних времен.
— Но Ских является королевой, — настаивала я. — И она была ею на протяжении веков. Этого должно быть достаточно, чтобы тоже стать традицией.
— Но не вампирской традицией! — воскликнула Дуантия, отчего волоски на моих руках встали дыбом. Глава Высшего совета глубоко вздохнула, очевидно успокаивая себя, прежде чем она смогла бы продолжить в более спокойном тоне.
— Ских с трудом рассматривается как вампир. Она поддерживала свое существование отдельно от нашего мира в течение многих веков.
У нас есть ненадежное перемирие с ней по умолчанию. Мы не можем ступить на ее остров. Она не оставит его. — Дуантия остановилась и приподняла бровь. — Это изменилось, Зои? Ских планирует оставить Скай?
— Нет, ответила я. — Но она сказала мне, что готова вновь рассмотреть вопрос об обучении учеников.
— Позволение посторонним посещать и выбывать из Ская было бы слишком выдающимся событием. — То, как произнесла это Дуантия, заставило меня подумать, что она не верит, что это ""выдающееся"" ассоциировалось с ""хорошей вещью"".
— Я верю, что открыться посторонним — это то, что все мы должны сделать в эти нелегкие времена перемен, — произнесла Неферет.
Все уставились на нее. Даже Дуантия потеряла дар речи.
— Поскольку я решительно настроена на это, я хочу открыть двери моего Дома Ночи для местных людей в качестве прислуги, исполняющих грязную работу. Я думаю это мудро и надежно, особенно в эти трудные экономические времена.
