Вручая Асе тугие пачки долларов, перехваченные резинками, я попросила:
– Не говори нашим, что я уже рассчиталась.
– Ага, – кивнула та, – ясно! Молчу, как лопата. Кстати, давай расписку тебе дам, а?
Я улыбнулась:
– Во-первых, ты не похожа на мошенницу, во-вторых, мы уже почти поселились тут, остались лишь формальности, в-третьих, мне некогда шляться по нотариальным конторам. Дай честное слово, что сделка завершится нормально.
– Клянусь, – торжественно ответила Ася.
– Отлично, у меня отпала одна забота, – воскликнула я, – теперь смогу спокойно заниматься своими делами!
Но все оказалось не так просто.
Поставив перед собой цель, я ровно неделю не могла сделать даже крохотного шажка в направлении расследования. Говорят, один переезд равен двум пожарам, поверьте, это неправда. Переезд – это ужас, катастрофа, встреча с Годзиллой… Слов не хватит, чтобы описать ситуацию. И потом, я и предположить не могла, сколько у нас барахла, просто немереная куча.
С какой стати мы развели целое стадо керамических свиней? Может, пошвырять их тихонько в помойное ведро, а потом сказать, что фигурки разбились? Приняв решение истребить на корню некстати расплодившуюся свиноферму, я сложила низ футболки ковшиком, свалила туда ни в чем не повинных хрюшек и потопала на кухню.
Жить кичу оставалось от силы пару минут. Но тут, как на грех, из комнаты вырулила Лиза и заорала:
– Эй! Поосторожней. Разве можно таким варварским образом обращаться с моими обожаемыми статуэтками? Надеюсь, ты не собираешься их свалить в коробку прямо так?
– Нет, – мгновенно соврала я.
Хотя почему «соврала»? Я на самом деле не собиралась класть глиняных монстров в ящик. Просто предполагала вышвырнуть красотищу в мусоропровод и со спокойной душой забыть о ней.
– Надо завернуть каждую в туалетную бумагу, – причитала Лиза.
– Хорошо.
– В три слоя.
– Ладно.
– Смотри не забудь!
Пришлось нежно пеленать уродов.
Следующей моей попыткой сократить количество перетаскиваемых узлов было желание избавиться от горы пыльных камней, невесть зачем валявшихся у Кирюшки наверху шкафа.
Но когда я, покидав булыжники в пакет, вышла в коридор, мальчик заорал, как кот, которому одновременно прищемили хвост, голову, лапы, живот, шею и все остальное, чем богат самец этого вида млекопитающих.
– С ума сошла! Моя коллекция! Ты свалила ее, словно мусор!
– Грязные, пыльные обломки – коллекция?
– Да!
– Но они лежали тут незнамо сколько лет.
– И что из этого?
– Значит, они тебе не нужны.
– Нет! Это камнебарий.
