Она вскочила и стала отталкивать меня с криком:
– С ума сошла, идиотка? Отстань!
Раечка бросилась нас разнимать.
– Прекратить! – заорал Дегтярев, возникая в приемной.
Но меня было не остановить. Я поднырнула под руку Раи, снова очутилась нос к носу с Гарибальди и села на стул рядом с ней.
– Оксану убил вовсе не Григорий Морозов, а другой мужчина, который признался в содеянном. Следователь Реутов рассказал об этом одной Тане, потому что вы лежали в психушке и не могли общаться с ним.
– Танюша, о чем она говорит? – испугалась Алевтина.
Федорова дернула ее за руку.
– Ничего. Просто дура и психопатка. Мы уходим.
Я вцепилась в плечо Алевтины Валерьевны.
– Нет! Татьяна не сказала вам правду? Сколько попыток самоубийства после смерти Оксаны вы предприняли? Три? Пять?
– Ну ты у меня сейчас заткнешься! – завопила Федорова, хватая стул.
Опустить его мне на голову она не успела. В приемную влетела охрана, вызванная Раечкой, и Татьяну скрутили.
– Что она говорит? Это правда? Убийца Оксаны был пойман? – лепетала Гарибальди.
– Да, – подтвердил Дегтярев. – Однако преступнику удалось сбежать, мерзавец ушел от наказания, и следствие пока не располагает сведениями о его местонахождении.
– Мне жарко… – прошептала Гарибальди, закрыв глаза. – Душно, воздуха… Это несправедливо, неправильно… Совсем не справедливо…
– Если Алевтина умрет, то виновницей ее смерти будет Дарья! Которая уничтожила все, что я для тети сделала! – закричала Федорова.
Я попятилась, в конце концов очутилась за дверью – и перевела дух.
В кармане завибрировал телефон, я вытащила трубку и услышала бойкий голос:
– Дарья, здравствуйте, вас беспокоят из магазина «Марквет», мы торгуем товарами для животных.
– Прекрасно знаю вас, – с трудом произнесла я. – Уже привезли корм для Розы и Кисы? Я заказывала ящик консервов для мопсов.
– Пока нет, – ответила женщина. – Вы ведь сегодня заглядывали к нам, интересовались собачьими бисквитами с начинкой из курицы.
– Да, – подтвердила я.
– У вас в руке был айпад, – продолжала продавщица, – со списком запланированных покупок.
– И что? – не поняла я. – Мне удобнее делать записи в планшетнике.
– Вам кто-то позвонил, – бубнила тетка, – вы побежали к двери, прихватив неоплаченное печенье, бросили его в сумку.
Я быстро заглянула в замшевую торбочку.
– Ой! Простите! Как неудобно… Сейчас приеду и отдам деньги. Поверьте, я не имела намерения украсть товар.
– Знаю, вы наш постоянный покупатель, печенье забирайте в подарок для своих мопсиков.
