И если бы не патенты русского аристократа-изобретателя, которые ну никак не получалось обойти!.. Впрочем, компенсация за потери вышла более чем достойной, так что это было скорее не сожаление, а всего лишь легкая тоска по прежней полной самостоятельности.
– Возьмите, герр Бенц.
Уже ничему не удивляясь, Фридрих принял в руки толстенные пробковые наушники и последовал за своим провожатым, слегка споткнувшись на выходе из цехового тамбура. И поначалу не понял, куда попал, уж очень все походило на какое-нибудь лечебное заведение.
Непривычно яркий свет больших ламп и чистый до невозможности пол, выложенный шестиугольными рифлеными плитками белого чугуна. Увешанные плакатами стены, мастеровые, больше всего похожие на практикующих врачей – серьезные, спокойные и явно уверенные в своих действиях. Которых, между прочим, вполне успешно скрывали невысокие (как раз по плечо) перегородки, окрашенные в приятный взгляду синий цвет.
А еще смутно знакомый тихий рев и гудение, периодичный лязг чего-то металлического, легкий запах машинного масла, пустая чертежная доска, а рядом, на подоконнике, целая россыпь карандашей и приоткрытый тубус с ватманом… Рай для настоящего инженера!
– Давайте для начала посмотрим на стенды? А потом пройдемся и по всему остальному. У вас ведь наверняка будет много вопросов?..
– Яволь… гхе-гхе, я хотел сказать – разумеется, дорогой Борис.
Тем более что у меня уже и сейчас их немало."
"Еще одна стена, еще одни ворота с тамбуром, и стало понятно предназначение наушников – защитить нежный человеческий слух от непрерывного громкого рева сразу четырех бензиновых (это Бенц определил влет своим многоопытным носом) двигателей. Кроме шумной четверки в помещении присутствовали два мастеровых, занятых снятием со стенда пятого движка, и непонятная конструкция в виде стальной рамы на колесах с пневматическими шинами.
На раме возлежала солидная чугунная плита, а колеса постоянно крутились. Вернее будет сказать, что их крутили специальные металлические ролики, которые к тому же время от времени подскакивали вверх и в сторону – отчего вся конструкция едва заметно вздрагивала и самую малость поскрипывала. Увидев приглашающий жест, Михаэль решил ни в чем себе не отказывать, для начала разобравшись с телегой из стали.
