Они не сводят с меня глаз. Не отпускают. Как тогда, год назад...Проигранный спор, обернувшийся неожиданно сладкой расплатой.И теперь они явно хотят... Продолжения. Хотят. Меня.Мы стоим по разные стороны коридора, нас разделяет толпа студентов. Очень много людей.Но мы одни сейчас. Я и мои Звери.Я разрываю зрительный контакт и тут же чувствую, что они приближаются.Они. Идут. За мной....
Покраснеть, может?
Но , как назло, на заказ не выходит.
Ладно, сойдет и так."
"Бургер, и в самом деле оседлавший любимую тему гендерного равенства, которое, по его мнению, ни к чему хорошему не приведет, обеспечивает нам таким образом спокойные пятнадцать минут до конца пары.
Я собираюсь, потом мы с Татой задерживаемся, пропуская остальных студентов к выходу, потом я вспоминаю, что забыла сумку, и возвращаюсь, короче говоря, мы немного припаздываем с выходом, и выбегаем уже когда заходит другая группа.
В коридоре толпа. Была бы я одна, точно растерялась бы. Но Тата – мой верный проводник, она точно знает, куда идти, тащит меня за руку.
Я послушно иду, а потом словно спотыкаюсь.
Потому что вижу их.
Они стоят на противоположной стороне коридора и смотрят на меня. Нас разделяет студенческое море, шум и беготня. Но все это отходит даже не второй – на десятый план. Складывается ощущение, что в целом шевелящемся пестром мире сейчас только мы.
Я, замершая столбом и вынужденная крепче уцепиться за руку Таты, как назло, остановившейся поболтать с кем-то.
И они. Двое одинаковых парней. Высоких. Красивых. С одинаковыми хищными взглядами. Они смотрят на меня. И нет никакого сомнения, что меня узнали.
Никакой надежды, что это не так.
Меня узнали.
Они стоят, смотрят, тяжесть их взглядов материальна настолько, что у меня становятся влажными ладони, пот выступает над верхней губой от внезапно накатившей духоты. Мне жарко. Так жарко, как было тогда, горячей анапской ночью, когда я позволила этим парням делать с собой все, что им хотелось.
Меня неожиданно совершенно оглушает такой дозой желания, словно… Словно они каким-то образом сумели передать мне свои эмоции через коридор.
Я теряюсь, краснею, уже не думая о том, насколько это правильно, насколько уместно.
Я не знаю, что делать дальше.
Бежать? Куда?
Стоять на месте? А если подойдут?
Если… Если при всех…
В первый раз в своей жизни я теряюсь настолько, что даже думать не могу. Никогда такого не было.
Когда бежала от папаши гребанного Рустика, пожалуй, только, да и то подсознание в совершенно правильном направлении вынесло.
А тут…
Черт…
А они смотрят. Глаз не сводят с меня!
И это одновременно пугает и будоражит.
Ощущение, что меня трогают. На расстоянии. Настолько все материально. Я даже руку непроизвольно подношу к груди, чтоб закрыться.
- Эй, ты чего застыла?
Голос Таты вырывает меня из безумного наваждения, приводит в чувство.
