— У них все серьезно? Думаешь, они поженятся?
Я откусываю кусочек зефирки и запиваю его чаем. Эти сладости Юля заказывает через знакомую из Европы, потому что местный зефир ей не нравится.
— Молюсь об этом каждые день на ночь, — глянув на мужа, еле слышно проговаривает она, — Мне нравится эта девочка. Такая красивая, нежная. С прекрасным образованием и перспективами.
На телефон Сергея Николаевича снова поступает звонок, и он, приняв его, принимается громко с кем-то разговаривать. Мы с Юлей отставляем чашки и беззвучно покидаем гостиную.
Она утягивает меня в свою комнату, усаживает в кресло и достает из шкафа новое платье.
— А?.. Как тебе?
Оно безупречно. Сливочного цвета, в пол и очень элегантное.
— Супер! — выдыхаю я и поднимаюсь на ноги, чтобы потрогать ткань, однако Юля не позволяет.
— Нет-нет, никаких рук."
"Подхватив с пола Чаки, возвращаюсь в кресло и усаживаю собаку на свои колени. Он тут же принимается облизывать мои ладони шершавым языком.
— Оно стоит целое состояние, Варя.
Карло Панчетти.
— Ого!.. Новая коллекция?
— Разумеется, — посылает мне снисходительный взгляд.
Прикладывает платье к себе и смотрит на свое отражение в зеркале. Наблюдая за ней, я глажу шерстку Чаки. Юля очень красива, а в этом платье будет сногсшибательна. Мы с ней, действительно, будем выглядеть как дочь и мать.
Словно услышав мои мысли, тетка поворачивается ко мне и спрашивает:
— Твои родители уже решили, в чем пойдут?
— Мы с мамой купили ей красивый костюм. А с папой я съезжу в торговый центр в ближайшее время.
— Не тяни, Варя. В последние дни будет не до этого. И проследи, чтобы образы получились цельными.
Внутри меня все тревожно сжимается. При каждом упоминании свадьбы я становлюсь неврастеничкой.
— Да, я знаю.
— А еще!.. — вдруг, крутанувшись на месте вокруг своей оси, восклицает Юля, — Я же тебе не сказала главного!
Хлопнув в ладоши, она ненадолго прижимает их к своим щекам и глубоко вздыхает. В глазах столько неподдельного счастья, что я невольно поддаюсь ее настроению и начинаю ерзать в кресле.
— Что?..
— Помнишь полотно «Яблоки в меду»?
— Конечно! Семнадцатый век, Камарри, — рассказываю то, что знаю, как Отче наш, — Она в коллекции Штойлеров три поколения.
— Уже нет, — отвечает тетка благоговейно, — Мари, зная, как я обожаю эту картину, выкупила ее у них и собирается подарить мне в день вашей свадьбы.
— Что?! — ахаю, вытягиваясь в струну, — «Яблоки в меду»?!.. Как она смогла выкупить ее?..
