- Людмила! Не указывай мне, как разговаривать! - достаётся тут же и девчонке.
Смотрю на пострадавшую еще раз. Что у неё на волосах? Вроде не слипшиеся. Зелёные только. И то не вся длина - а кончики с одной стороны.
- Сама виновата! - взрывается вдруг Рус, - Змеюки - они должны быть натуральной расцветки...
Еще так прищуривается, как будто целится в неё.
- Это я виновата? Да это ты сам во всём виноват, мажор полудурочный! - и девчонка в долгу тоже не остаётся.
Руслан и Людмила, однако...
- У лукоморья дуб зеленый,
- Златая цепь на дубе том:
- И днем и ночью кот ученый
- Всё ходит по цепи кругом;
- Идет направо — песнь заводит,
- Налево — сказку говорит.
- Там чудеса: там леший бродит,
- Русалка на ветвях сидит....
Это я вслух. Меня прорывает началом поэмы нетленного Александра Сергеевича Пушкина.
- Да вы еще и издеваетесь?! - взвизгивает мамаша.
- Твоя работа? - уточняю у своего. Так, на всякий случай. У меня уже и сомнений нет, что его.
А он и не отрицает.
Лишь зло сверкает глазами.
И на маму, и на дочу.
- Моя!
- Ммм. Круто. И чего делать будем? - спрашиваю у всех действующих лиц.
Ответить мне прежде остальных успевает Лиза. Она дергает Руса за одежду и серьёзно произносит:
- Бабушка говорит, что мальчики не должны обижать девочек. Если мальчик девочку обижает, то он очень плохо поступает. И такого мальчика уважать не за что.
Вот и получил сынок. Лучше и не скажешь.
- Слышь, ты, мелочь... - набирает разгон Рус.
Лиза стоит и, поджав, губы укоризненно смотрит на брата.
И он сдувается... Устами младенца, как говорится, глаголет истина.
Я всё-таки открываю калитку, подхожу к русалке поближе и осматриваю её шевелюру.
- Вы чего не поделили? - решаю выяснить у молодёжи.
Но тут напрягаются оба.
- Не ваше дело! - звонко отвечает девчонка.
Борзая, значит...
- Ну, не моё, так не моё, - соглашаюсь я, потому что Рус стоит на месте с таким видом, которым явно соглашается с девчонкой.
- От меня вы что хотите? - спрашиваю я у мамаши.
- Как что? Вы - отец и должны повлиять на сына! - заявляет та с апломбом.
- Я повлияю, - обещаю я, - А чтобы она могла в лицей пойти, предлагаю оплатить вам хорошую парикмахерскую, чтобы устранит причиненный вред.
- Правда? - оживляется мамаша, - Но это дорого...
- Сколько?
И тут начинается безобразный торг. Девчонка бледнеет, едва не плачет, несколько раз одёргивает мамочку, но той плевать.
Пока не отжимает у меня определённую сумму в наличных - не успокаивается.
