Пришлось врать, что Джером сдаст Скэриэла. – Адам как будто оправдывался. – Сейчас понимаю, что нёс херню. Но тогда думал, что это единственный способ вытащить задницу Джерома. Жак хотел убить его.
– О. – Я был ошарашен. – Э-э-э… Ну, типа, спасибо тогда.
Адам ничего не ответил.
– А что насчёт таблетки виса? Я думал, это всё было спланировано.
– Таблетка виса? – спросил у меня Эдвард.
– Не, – Кэмерон поставил пустую чашку на стол, – я просто тебя угостил, решил, что могу заполучить ещё одного покупателя. А когда Адам начал представление перед Жаком, то уже импровизировал на ходу.
Понял только, что Адаму надо тебя спасти. А зачем, хрен его знает. Ну и влез.
– Как всё удачно совпало, да? – довольным тоном протянул Скэриэл.
– Мы как бы в бегах, – скептически напомнил ему Эдвард. – А тебя прирезали.
– Это детали, – отмахнулся Скэриэл. – Сейчас у нас главная цель – избавиться от Тони.
– Это шутка? – спросил Кэмерон у Лоу. – Нет, серьёзно, на чём ты сидишь? Таблетки? Или это антидепрессанты? Что за чепуху ты мелешь?
– Боюсь, что он серьёзен как никогда, – проговорил Эдвард.
– Ты сумасшедший, – выдохнул я.
– От Жака мы избавились. Мистер Эн думает, что я мёртв. Но вскоре он поймёт, что его обманули.
– Ещё сутки, и люди мистера Эна начнут бить тревогу в поисках Жака, – сказал Адам.
– Я знаю, – усмехнулся Скэриэл. – Мы должны приготовиться.
– К чему? – подал голос я.
– К праведному гневу босса, – пафосно закончил Скэриэл.
Мы обсуждали, спорили, и Адам чуть вновь не подрался со Скэриэлом, спровоцированный его едкими замечаниями.
В напряжённой обстановке пролетели три часа, и, когда они с Кэмероном ушли ближе к вечеру, я вздохнул с облегчением. Перед сном к Скэриэлу успел ещё раз наведаться врач и перебинтовать грудь. От каждого движения у него кровоточила рана, и бинты вновь становились алыми.
Эдвард вышел проверить машину, убедиться, что я правильно припарковался и включил сигнализацию. Он постоянно беспокоился, как бы местные её не угнали.
Я лежал на полу на тонком одеяле и укрывался собственной курткой, пытаясь не замёрзнуть.
В доме было отключено отопление, и мне казалось, что в студии холоднее, чем на улице. За окном совсем стемнело, но сон не шёл. Скэриэл уснул под воздействием сильных таблеток, выписанных врачом. В такие моменты я жалел, что не принимаю снотворное. Скэриэл тяжело дышал во сне и часто ворочался. Вот уже двое суток он страдал от беспокойного сна. Внезапно он вскрикнул и проснулся.
