– Ага, как же. Не позавидую тому, кому он достанется в наставники. Даже сжалюсь и скинусь ему на гроб.
– У-у-у, – протянул Оливер. – Готье и его чёрный юмор.
– Думаешь, всё будет так плохо? – Оливия нервозно поправила выбившуюся прядь волос.
– С Гедеоном по-хорошему не бывает, – вынес я вердикт.
Оливер странно посмотрел на сестру; она плотно сжала губы и, прищурившись, недовольно взглянула на него в ответ.
– Вы чего, ребят? – Леон помахал рукой между ними.
– Ничего, – закончила Оливия и принялась громко собирать свои ручки и карандаши по столу.
Оливер с довольной улыбкой повернулся к Леону и помотал головой:
– Да так. Мы о своём, о наболевшем.
Леон тоже отложил тетрадь в сторону и спросил:
– Тогда кого ты выбрал, если не брата?
– Люмьера Уолдина. Это друг детства Гедеона.
– Отец тебе позволил? – спросила Оливия.
– Да. Я просто поставил его перед фактом.
– А как дела у Скэриэла? – вдруг вспомнил Леон. – Давно его не видел.
Я растерянно молчал, не зная, что сказать.
– Он…
– Вы поссорились? – бестактно предположил Оливер.
– Нет, – торопливо бросил я и тут же осёкся. – Просто он… приболел.
– Но он ведь пойдёт с нами в Академию?
– Оливер, – осадила его сестра.
– Что? Я просто спросил! Мы же написали сопроводительные письма, заполнили заявление на поступление, загрузили на сайт Академии.
– И? – Оливия изогнула бровь.
Оливер встал, опёршись руками о стол, словно защищался в суде перед прокурором.
– Хотелось бы вместе поступить. Я просто беспокоюсь за него!
– Он сейчас в Запретных землях.
Я пока ничего не знаю о его состоянии, – честно признался я.
– Надеюсь, что с ним всё будет хорошо, – ободряюще промолвил Леон.
Когда мы принялись за латинский язык, раздался тихий стук в дверь.
– Господин Готье, – прозвучал голос Лоры.
– Входи.
Она приоткрыла дверь и смущённо проговорила:
– Вас к телефону.
– На домашний?
– Да.
– Хм… Кто?"
"Мне никогда не звонили на домашний номер, так что я с недоумением уставился на Лору.
– Представились как мистер Батлер.
Услышав это, я разинул рот, но через пару секунд уже выбегал из комнаты.
– Я отвечу в гостиной! – крикнул я Лоре, несясь на всех парах по лестнице.
Взяв трубку, я сразу отошёл к окну, скрываясь за шторой. Я весь дрожал, боялся услышать худшее.
– Джером? – Сбившееся дыхание никак не унималось.
На том конце провода молчали.
– Джером, пожалуйста, ответь. Это ты?
Я услышал шуршание, затем треск, после чего раздалось неловкое:
– Да. Я.
