– Все было напрасно.
– Роуз! – Мистер Фаунтин резко выпрямился и схватил ее за подбородок, строго глядя ей в глаза. – Как ты можешь так говорить? Посмотри на них. – Он повернул ее лицо в сторону детей, гревшихся у камина. – Ты, Фредди, моя собственная дочь.
Все эти сыновья и дочери – чьи-то дети! Ты вернула их.
– На самом деле многие из них – сироты, – прошептала Роуз.
– Когда-то они были сыновьями и дочерьми, и их жизнь все еще бесценна, – сказал мистер Фаунтин. – Вся жизнь бесценна. – Он снова повернул ее к себе и озабоченно посмотрел на всю троицу. – Как бы странно это ни звучало, я почти рад, что вы не убили Алетею Спэрроу. Возможно, вы бы сейчас радовались, но убийство тяжело ложится на душу.
Даже если на то есть причины, кажущиеся неоспоримыми. Вы слишком юны, чтобы быть убийцами, вы оба.
Гус зевнул, обнажив свои длинные зубы, и аккуратно забрался к Роуз на колени.
– Роуз, дорогая, – жалобно мяукнул он. – Хоть эта философская дискуссия и весьма интересна, я ничего не ел после тех мятых сэндвичей с рыбным паштетом. – Он ласково ткнулся ей в подбородок своей мордой, на ощупь похожей на колючий бархат.
– Не волнуйся, милая. Даже если она и вернется, это будет еще не скоро. У тебя есть время, чтобы научиться, как избавиться от нее навсегда.
Роуз уставилась на него и не смогла сдержать улыбки. На минуту она забыла, что ей теперь будет разрешено не только убираться в мастерской.
Она станет ученицей мистера Фаунтина. Пусть даже Фредди и будет заставлять ее делать самые скучные куски заклинаний месяцами. Она благодарно обняла Гуса и встала, присев в прощальном неловком реверансе с Гусом на руках перед мистером Фаутином.
– Прошу прощения, сэр, – вежливо сказала она. – Мне нужно покормить кота."
