К тому же дорожащие прибыльной профессией, а потому вынужденные вежливо разговаривать даже с кончеными ублюдками."
"Эти парни (в смысле дружинники) были способны на многое. Некая грусть и толика усталости читались в их отдающих лёгким безумием глазах. Я встречал много людей, прошедших войну, и все они смотрели точно так же. Взгляд повидавшего множество смертей человека невозможно спутать ни с каким другим. И обвинив меня в убийстве, думаю, они сразу поняли, что я этого не делал. После такого люди меняются навсегда. Уверен, что меня это тоже затронет, ведь этот мир заполнен смертью до самого края.
Да что там говорить, если здесь действует единственный непреложный закон: «Не убивать в форте».
Ну правильно, а за его пределами можно творить всё что заблагорассудится. Никто не побежит проверять. Да и кому это нужно, если тело погибшего сожрут в течение часа. Но вот за стенами ситуация меняется в корне. Потому как из всех кровожадных тварей, населяющих данный мир, здесь обитает только человек. А за убийство себе подобного наказывали во все времена.
И самым распространенным способом являлся «глаз за глаз».
— Так что всё, Денис Голо́вин, можешь прощаться с жизнью, — пробормотал я вслух.
— Чё? — тут же обернулся ко мне один из конвоиров.
— А кого хоть убили? — задал я совершенно другой вопрос.
— Разговорчики, — буркнул второй, что шёл позади, и ткнул меня стволом автомата в спину.
— Мужики, да вам сложно ответить, что ли?
— Щас тебе всё объяснят, — добавил он. — Двигай молча, если не хочешь зубы заново отращивать.
Похоже, лучше не спорить. Нет, я не боюсь драки, но и получать по щам особым желанием не горю. Тем более что в рамках форта идти оказалось не так уж далеко, а значит, и ответы я получу очень скоро.
Меня завели в один из бывших цехов, который давно перепланировали под другие нужды. Эта часть была чем-то вроде отделения полиции, ну или в данном случае — дружины. Затолкав меня в обезьянник, провожатые тут же вышли на улицу, а мной занялся дежурный. Ну как занялся… бросил косой взгляд и, завалив ноги на стол, продолжил читать какую-то книгу.
— Простите… — решил я выяснить свою дальнейшую судьбу, но был резко перебит.
— Ещё хоть один звук от тебя услышу, челюсть в двух местах сломаю.
Я молча кивнул и уселся на узкую лавочку. Мало того, она была прикручена прямо к стенке, так ещё и располагалась на десять сантиметров выше, чем полагалось для удобной сидячей позы. Наверняка специально. Я попытался на неё прилечь, но меня хватило минут на десять.
