Зло пыхтя, он положил руку на приоткрытое оконное стекло и, тут же ее отдернув, заорал:
– А-а-а, что это такое, больно!
Оказывается, это Дуська, наблюдавшая за его телодвижениями, как только увидела перед своей мордочкой объект для ее зубов, больно тяпнула Николая за руку. Он с недоумением посмотрел на капельки крови, проступившие из ранок, и стал оседать на землю. Николай имел очень странную особенность: всегда до обморока боялся вида крови, а когда он нечаянно ранился, Нике приходилось прибегать к помощи нашатыря.
Дуся выскочила из машины и, бегая вокруг поверженного врага, громко тявкала.
– Да, – пробормотала Вероника, – мужиков по ошибке провозгласили сильным полом, слабее их могут быть только дети.
Она наклонилась над побледневшим как смерть Николаем и, погладив Дусю по голове, ласково ей сказала:
– Дусенька, деточка, давай отпустим этого негодяя, а то описается еще от страха, неприлично будет ехать в мокрых штанах.
Вероника еще раз взглянула на бывшего мужа и вдруг заливисто расхохоталась:
– Ай, Дуська, знать, она сильна, коль лает на слона! Умница ты моя, правильно, нечего замахиваться.
Ишь чего надумал, урод несчастный, женщину бить. Это до чего же ты докатился, Королев? Давай поднимайся и вали отсюда подобру-поздорову, а надумаешь поговорить, известишь меня заранее, я к тебе сама приеду, но, как уже сказала, со своим адвокатом.
Вероника гордо отвернулась от распластанного на земле тела и, подхватив Дусю на руки, села в машину.
Она осторожно объехала Николая и направилась к дому. Когда она уже загнала машину в гараж, услышала за воротами сигнал.
– Вот пристал, прямо как банный лист к заднице, – проворчала Ника и пошла к воротам, но открывать их не стала, а вышла через калитку.
Опершись о забор плечом, она молча наблюдала за бывшим мужем. Тот, кряхтя и матерясь, вывалился из машины и, не подходя к ней, произнес:
– Послушай, дай хоть рану обработать, вдруг собака бешеная. Мне только сорока уколов не хватало.
Посмотри, ведь до крови укусила, шмакодявка.
– Сорок уколов – это хорошо, они тебе только на пользу пойдут, а насчет бешенства ты прав. Нужно Дуську ветеринару показать, а то вдруг она от тебя вирус бешенства прихватила.
– Твой черный юмор абсолютно неуместен, ты же прекрасно знаешь, до какого состояния меня доводит вид крови. Что я могу с этим поделать?
Он прижал укушенную руку к груди и равномерно ее покачивал, будто убаюкивал ребенка.
