Мгновение, и любимый набросился на меня, как одержимый. Словно с цепи сорвался. Целовал, ласкал так, что дух захватывало. Душу из меня вытягивал, чтобы наполнить её яркими красками и вернуть обратно.
— Эмма, — стонал моё имя так, что под рёбрами полыхало, до нутра прожигало. — Моя девочка…
— Твоя… только твоя, — шептала ему в ответ. — Для тебя дышу… существую, любимый…
Желала слиться с ним в одно целое, превратить этот миг в вечность.
Мужские пальцы на моей груди, поцелуи на скулах, подбородке, обжигали.
Лишь в его руках была власть над моим телом.
Он, как вино, дурманил мой разум. От его ласк сгорала в огне похоти, позабыв обо всём на свете…
Дурела от происходящего, дыхание перехватывало, эмоции разрывали на части.
Мы любили друг друга всю ночь напролёт. До самого утра, покуда силы не иссякли, а тело стало стонать, прося пощады.
Улыбаясь, я счастливая засыпала в своей постели. Под ласковый мужской шёпот. Под нежные ласки и мысли о прекрасном с ним совместном будущем.
Ото сна меня снова пробуждали ласки.
Лёгкие поцелуи, невнятный шепот.
Не желая открывать глаза, я улыбалась и находилась в полудреме. Меня куда-то несли. Прижимали так тесно, что не было сомнений, кто это может быть.
Любимый…
Он не желал оставлять меня ни на минуту, ни на секунду, а я невероятно радовалась, что, наконец, мои мучения закончились, и находилась рядом с тем, кого безумно любила.
Его вес снова давил. Мужские ласки становились откровеннее. Мне его вновь хотелось до ломоты в теле, но усталость после ночи казалась настолько сильной, что даже было сложно открыть глаза.
Только резкий удар о дверь заставили прийти в чувства и через силу разомкнуть веки.
— Братец, — проговорил у моего лица блондин. — Зачем же так врываться? Ты напугал нашу птичку.
— Ричард, — пискнула, отталкивая от себя его нахального брата. — Всё не так. Я спала. Да что же это…
— Да, Ричард, она говорит правду. Наша принцесса так сладко спала, что я немного не удержался. Принёс в свою комнату и довел до безумия, правда, крошка?
— Нет же… — крикнула, едва соображая.
— Поздравь нас, брат! — перебил меня Дэвид. — Я сделал Эмме предложение руки и сердца, — продолжил он, ухмыляясь. — Надеюсь, ты не против, что я подарил своей возлюбленной фамильное кольцо, принадлежавшее нашей бабушке?
Опустив глаза вниз обнаружила ту самую вещь, о которой шла речь.
Кольцо… оно находилось на моей руке, как весомое подтверждение того, что слова Дэвида не вымысел, а уничтожающая нашу любовь правда.
