Жаль, что в комнатушке не было зеркала — мне не терпелось рассмотреть своё теперешнее лицо поближе. В общем, если бы у меня была такая внешность в прошлой жизни, я была бы собой довольна, даже не смотря на формы.
Я не стала долго киснуть в ледяной воде, надраила себя несколько раз этим пучком травы, которая, к слову, оттирала грязь получше любой мочалки, а потом прошлась кусочком ткани, напоминающий байку. Тело горело как из бани. С пушистой гривой, которая мне досталась, пришлось помучиться — я не привыкла мыть столько волос одновременно.
В общем, когда вернулась Эйра, чтобы отвести меня к хозяину, я была уже чистой и в одолженном облачении. Кстати, красивом. Сиреневая нижняя туника и фиолетовая верхняя, рукава расшиты желтыми узорами, на синем фоне они казались золотыми. Наверное жена повара была модницей. В талии платье чуть болталось, но я надела свой кожаный ремешок.
— Ну что, пошли? — улыбнулась Эйра. — Cэр Лливелин уже ожидает тебя.
Я чуть-чуть напряглась, но в целом волноваться вроде как не было причин.
И мы пошли к парадному входу замка.
Глава 4
Я с любопытством и некоторым страхом разглядывала внутреннее убранство замка, когда Эйра вела меня к главному залу, как она назвала его.
В моём представлении замки были просто охранными крепостями, сырыми и мало предназначенными для проживания. Когда-то, наверное, и этот был таким же. Однако хозяева Ромариса — так назывался замок — со временем превратили его в достаточно уютное жильё. Стены были затянуты гобеленами, на которых были изображены сцены баталий, охоты и пейзажи.
Между простенками располагались каменные углубления с факелами. Пол, состоящий из грубых каменных плит, был идеально выскоблен. Не было ни малейшего запаха затхлости, которого я ожидала.
Несомненно, я попала в богатый дом и первое знакомство с ним оказалось довольно приятным.
Мы подошли к большим тёмным деревянным дверям, покрытым причудливой, довольно тонкой резьбой. Что-то вроде кельтского узора с изображенным в середине деревом с ветвистой кроной и внушительными корнями.
— Как красиво, — искренне восхитилась я.
Эйра махнула охраннику, чтобы он отворил эту махину и ответила мне:
— Сэр Лливелин сам следил за работой мастера — на них изображен герб семьи.
Мы вошли в зал, и я не сразу сориентировалась, куда смотреть — настолько громадным было помещение. Дальние его углы были едва различимы, а ближе к центру оно было освещено достаточно ярко.
