Автор
В холодной атмосфере закрытого лагеря для девочек Надя теряет надежду. Ее новое знакомство с Ильясом оживляет её жизнь, но она не может игнорировать угрозы и изменений, когда его планы начинают пересекаться с ее собственными.
Похоже, «Мы не твои» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Что случилось?
— Надя, что с тобой?
— Ничего, просто…
— Что?
— Я… в общем… сегодня день смерти мамы. Я хотела бы поехать на кладбище.
Молчу, потому что не знаю что сказать.
У моей маленькой птички в жизни тоже было много горя. Нет, почему же тоже? По сравнению с ней у меня горя не было. Я сам самое большое свое горе.
— Хочешь, я с тобой поеду?
— Нет, не нужно. Занимайся своими делами. Я ненадолго.
— Как поедешь? Может попросить водителя отвезти тебя?
— Нет, что ты, спасибо. Я доберусь.
— Доберусь — меня не устраивает, — говорю жестко, потому что прекрасно знаю, «доберусь» в ее понимание, это потащусь на перекладных, на трех автобусах и метро! — Я вызову водителя.
— А сам как поедешь?
— Попрошу Никиту приехать ко мне. Он сам предлагал, это не проблема.
— Хорошо, спасибо.
— Когда будешь готова — скажи.
— Мне нужно полчаса собраться.
— Я понял.
— Спасибо.
Слышу тихие шаги, начинаю злится.
— Подожди, Надя.
— Что?
— Вернись.
— Вернись? Это приказ? Тебя надо как малыша волшебным словам учить? Пожалуйста, спасибо?
— Меня надо как мужчину обнять и поцеловать.
Она выдыхает, посмеивается надо мной.
— Глупый, тебе бы все целоваться!
— Это так плохо разве?
— Это хорошо, когда ты целуешься со мной!
— Так больше не с кем? Не с Самадом же?
— Ну, у тебя есть вариант, на букву «А».
— Айна? Она… она же мне в матери годится? Хотя, так вкусно готовит…
— Издеваешься? — она легонько хлопает меня по руке, которой я пытаюсь гладить ее ножку под юбкой. — А, это твоя лиса Алиса.
— О, женщина! Забудь ты уже о ней! Забудь! Ревнивица моя, ты не воробушек, ты львица! Пантера! Иди ко мне!
Притягиваю ее на колени, коляска чуть откатывается, Надя чуть теряет равновесие.
— Илик! Мы скоро твою карету доломаем!
— Туда ей и дорога. Может, скоро она мне и не будет нужна, а? Хотела бы? Чтобы я своими ножками шагал?
Надя прижимается ко мне губами. Легонько целуя в висок.
— Хотела бы, очень.
— Значит так и будет!
Мы целуемся, нежно, потом страстно, потом… Потом она просит отпустить ее, иначе ни у меня, ни у неё не останется сил, и все планы рухнут.
После ее отъезда я вызываю Самада. Мне нужно поговорить с ним. То, что я слышу слабо утешает. Конечно, шанс на выздоровление есть, хороший. Но это очень дорого и долго. Я, разумеется, готов, но в душе появляется страх.
А вдруг нет?
Вдруг радужная жизнь, которую я себе придумал просто рассыплется, в пыль превратится?
Настроение стремительно падает, останавливаясь где-то на нулевой отметке.
