Она не замечала, как дрожали его пальцы, пока он одевал ее и заплетал косу, как он потом сжал их в кулаки и убрал за спину. Она следила за выражением лица, на котором сохранялось невозмутимое выражение. Почему-то захотелось ещё раз треснуть по этой спокойной физиономии. Да так, чтоб это невозмутимая маска слетела к чертовой матери!
— Больше так не делай! — голос Ели вышел до странного жалким и хриплым. И злым тоже. Только на кого она злилась? На себя, конечно. И на него —без сомнений."
"Рон вскинул на неё внимательный взгляд, пристально вгляделся, и странное замешательство и растерянность на миг мелькнули в хмурых зелёных глазах.
Но лишь на миг. И он снова закрылся.
— Больше не буду, — криво улыбнулся он. — Очень ты мне нужна, — и спокойно отвернулся.
Они пошли степенным шагом в другую сторону от преследователей, смешиваясь с немногочисленными прохожими, свернули на другую улочку и ещё одну, на всякий случай петляя следы, все ещё с трудом веря в то, что смогли оторваться от погони и обмануть «невидимок».
Каждый из напарников с опаской заглядывал внутрь себя, понимая, что этот неожиданный поцелуй снова что-то изменил, и так, как сложились между ними отношения в течение года, уже не будет.
Глава 5
Подполковник Диннар Роннигус, временно делегированный главой полиции империи Тинаром Корденисом на Юг Ровении в качестве его заместителя по Южному округу, тяжелым взглядом хмуро смотрел на двух молодых идиотов, любимых воспитанников его сестры.
Во что он втянул их?! Диннар только сейчас стал это понимать. Вот, все же, Мадлен бывает иногда совершенно права.
— Когда Боги раздавали глупость, вы несколько раз в очередь вставали?! — еле сдерживая бешенство поинтересовался он. «И я, видимо, тоже?!» — Кто вам поручал посещать эти общества?! Вы спятили?! Для этого у меня есть маги! Старшекурсники-маги! Мать вашу за ногу! Что за самоуправство?!
Дальше Еля жутко покраснела от многочисленного потока нецензурной брани, большинство слов которых она даже не знала.
Осторожно покосилась на Рона, но тот стоял с каменным выражением лица, и было совершенно непонятно, о чем он думал. Вот научился же! А в приюте все эмоции были написаны на лице.
— И сколько раз вы уже ходили на эти сборища?! — немного успокоившись, обманчиво ровно спросил Диннар.
— Шесть, — невозмутимо ответил Рон.
— Вы идиоты?! — и снова поток нецензурной брани.
Ну и влипли.
