Лев быстро замечает незваного гостя на своей территории. Его жалостливый взгляд тут же приобретает желание убивать. А может, эта шляпа на него так действует. Я бы тоже на его месте убила за подобное уродство.
Публика только и ждет дальнейшего поворота событий. Им бы только хлеба и зрелищ. Где-то среди них стоит рыжеволосая Жозефина, хмуро скрестив руки на груди.
Я приближаюсь к месту отдыха льва — большому плоскому камню."
"Ноздри животного подрагивают. Он странно фырчит. Не понимает, что за дела. Если эта бабка меня обманула, если духи не с востока, если вообще черный флакон в форме сердца с золотым ключиком — это привычная упаковка…
Алфи спрыгивает на землю.
И медленно, пригнувшись, шустрит ко мне, ведет носом.
А потом падает на спину, подставляя свое пузико.
Ах ты мой хороший, мой толстый, несносный котяра!
— Вот так! И чего это ты начал так загоняться? Подумаешь, прогулялся по городу, так страшно было? — приговариваю, почесывая пузико льва под оглушающую тишину посетителей зоосада. — Противный Эдвард тебя обижал, да? Плохой мальчишка, обидел такого хорошего львенка!
— Мр-ряу! — согласился Алфи, тыкаясь мордой мне в живот.
Я рассмеялась. Прямо как домашний кот. Только очень большой.
— Герцогиня Эккарт! — послышалось в толпе наблюдателей узнавание.
Боже, а на мне ведь эта дурацкая шляпа…
— Ее…светлость…золотого льва приручила!
— Не удивительно, что от нее герцог за море сбежал. Она бы и его ручным сделала…Я бы тоже от такой ноги уносил. Ей даже в клетку со зверем не боязно лезть.
Когда я вышла из вольера, под недовольным взглядом не желающего расставаться Алфи, зовущего меня тихим мявканьем обратно, Жозефина уже ждала по другую сторону забора, ошалело улыбаясь.
Выдирать гриву лев себе передумал. Вон, хорохорится, вальяжно хлопает кисточкой хвоста по поверхности камня, с которого надменно наблюдает за глазеющими на него посетителями. Ну красавчик!
Странные какие-то все. Сначала вот следователь, теперь рыжеволосая злодейка Стромгейл.
— Если бы вы были мужчиной, я бы без сомнений отдала бы вам свое сердце, — горячо признается рыжая, сверкая обожанием в колдовски зеленых очах.
— Эмм, — я отняла свои ладони из ее пальцев и стянула с головы странную шляпу. — Вам стоит быть более сдержанной в своих порывах.
Неловко стараюсь умерить ее пыл и сую ей в руки флакон и одолженный головной убор.
— Это все эффект духов. Не знаю, из чего они сделаны, но прошу, примите в качестве извинений за то, что не воспитали Эдварда должным образом.
