Поколебавшись с мгновение, мама выудила из кармана бумажный свёрток и передала его Саймону.
– Это тебе.
– Что это?
– Открой и увидишь.
Саймон сорвал обёрточную бумагу, и под ней оказалась простая чёрная коробочка. Открыв её, он увидел внутри красивые серебряные карманные часы на длинной тонкой цепочке, крышку которых украшал резной герб. Саймон сощурился, рассматривая его. В центре располагалась странной формы звезда, а окружали её пять животных: волк, орёл, паук, дельфин и змея.
– Они принадлежали твоему отцу, – сказала мама.
– Он был бы рад передать их тебе лично.
– Правда? – Отец Саймона, младший брат Дэррила, погиб ещё до его рождения. Дядя никогда о нём не рассказывал, а когда Саймон начинал расспрашивать, то видел, как больно Дэррилу о нём говорить. В итоге он перестал задавать вопросы.
– Правда, – ответила мама. – Я собиралась дождаться твоего шестнадцатилетия, но на тебя столько всего свалилось, что я решила отдать их сейчас.
Саймон раскрыл часы. Замершие стрелки показывали восемь часов, двадцать пять минут и четырнадцать секунд.
– Часы очень старые, – призналась мама. – Вряд ли их получится починить. Но пообещай, что позаботишься о них, ладно? Всегда носи их с собой, особенно когда меня нет рядом, и не забывай: я тебя люблю.
Саймон закрыл часы и убрал их в карман. Почему-то их вес успокаивал, и он привязал цепочку к петличке на поясе.
– Хорошо, если возьмёшь меня с собой.
Улыбка матери увяла.
– Ах, милый. Ты же знаешь, если бы я могла…
– Но ты можешь, – сказал он дрогнувшим голосом.
– Я не буду мешать. Ты занимайся делами, а я буду сидеть в отеле и учиться…
– Милый… – она попыталась обнять его, но Саймон вывернулся из её объятий. – Саймон. Прошу тебя. Мне и так непросто, не усложняй ситуацию ещё больше.
– Тебе непросто? – Слова застряли в горле, и пришлось произносить их через силу. – Это меня постоянно бросают. А ты только и делаешь, что присылаешь открытки и приезжаешь, когда пожелаешь, то есть практически никогда. Понимаю, ты любишь свою работу больше меня, но…
– Я люблю тебя больше всего на свете.
Если бы я могла остаться здесь и проводить с тобой каждый день, я бы не раздумывала. Ты же знаешь, милый.
Саймон помедлил. Он знал это, но иногда казалось, будто мама просто лжёт, чтобы его не злить.
– Если бы любила сильнее, забрала бы с собой.
– На самом деле, – произнёс Дэррил, толкая дверь спальни и вставая в проёме. – Идея не такая уж и плохая.
Саймон поражённо посмотрел на него.
– Серьёзно? – спросил он, и Дэррил кивнул.
