– Это такая абрисская традиция – накормить идейного врага, прежде чем прикончить? – пробормотала я.
– Мы вообще гостеприимный народ, – подмигнул новый знакомый.
– Сначала кормите, потом пытаете? – с растерянным видом я проследила, как уверенной походкой, сунув одну руку в карман, он направлялся к дверям постоялого двора, а потом бросилась за ним следом.
В едальной оказалась тьма народа. Подсознательно я ожидала, что, когда мы войдем, на обеденную залу немедленно опустится гробовая тишина и к нам повернутся все головы, но ничего подобного не произошло.
Мой попутчик что-то сказал подскочившему подавальщику, и нас тихонечко проводили по деревянной лестнице на второй этаж, в отдельный кабинет с зажженным камином, куда шум общего зала доносился только невнятным гулом.
Меню не предложили. Заказ приняли со слов колдуна. Я все это время предусмотрительно молчала и грелась у камина. Когда за подавальщиком закрылась дверь, новый знакомый вдруг стремительно подошел ко мне. От неожиданности я даже попятилась, но он схватил меня за куртку, не дав прислониться ногами к раскаленной каминной решетке.
– Стой. – С непроницаемым видом, словно не замечая, как я медленно заливаюсь краской, маг принялся проверять карманы. Правый, левый. То, с какой легкостью он рушил понятия о зоне комфорта и прочих глупостях, вызывало паралич. Не потому, что он был темным ведуном, а потому, что был совершенно незнакомым парнем с отличной фигурой, колечком в губе и с особой аурой таинственности.
К тому же стоял в полушаге.
– Я сниму, – одними губами беззвучно предложила я, надеясь прервать пытку, когда он запустил руку во внутренний карман.
Абрисец покачал головой.
– Нашел. – В его руках оказалось тонкое стило из мутно-белого камня.
Подойдя к двери, одним росчерком он нарисовал незнакомую руну. Та вспыхнула красноватым светом и истлела, не оставив следа.
– Теперь никто не поймет, на каком языке мы говорим, – пояснил он.
Я разглядывала его. Когда в чулане маг обнял меня, чтобы перенести из особняка на улицу, его тело показалось твердым и мускулистым.
Вязаный джемпер с высоким воротом облегал широкие плечи. Движения выдавали в нем хищника, осторожного, но стремительного и опасного. Сейчас зверь притаился, позволял себе играть в спасителя потерявшихся между мирами девчонок.
Парень задрал рукава и продемонстрировал татуировки на предплечьях. Одну руку обвивала змея, на другой с внутренней стороны теснились набитые звездочки.
