— Нет, я прочитал все книги по базовой физике, у меня была идея попробовать заставить атомы колебаться, но я и так могу расплавить металл, — сказал я.
— Хорошо, — кивнула мама, — А вот так сможешь? — и нож принял свою прежнюю форму.
— Это сложно… — я попробовал сначала использовать телекинез для того, чтобы нагреть нож. Это заняло у меня больше времени. Если у мамы нож расплавился моментально, но я потратил на это минуты две, и то не так хорошо. Нож слегка накалился, но не согнулся, — Ох, не могу.
— Ничего страшного, — похвалила мама, — У меня первый раз на это ушло часа два.
Из комнаты вышла Аврора с неизменным полотенцем на голове. Она уселась за стол и удивленно посмотрела на идеально нарезанные кусочки колбасы и сыра.
— Чем вы тут занимаетесь? — спросила она, подозрительно разглядывая идеально ровный кубик огурца.
— Рассказываю твоему брату рецепт блинов, — подмигнула мне мама.
— О! Блинчики! — крикнула Аврора и отправила первый кусок себе в рот.
Я попил сок и поел блины со сгущенкой и вареньем, Аврора съела блины и салат, а мама налегла на бутерброды.
— Ну, какие сегодня у вас планы? — спросила мама, и мы поняли, что это она не про прогулки по городу.
— Я хочу сегодня попасть к Миле, — уверенно сказал я, — Я как-то просил у деда, еще вчера у бабушки, надо зайти к ним и напомнить.
— Мам, она правда может убить касанием? — спросила Аврора.
— Ага, — кивнула мама, — А так, она очень добрая девушка, вам понравится.
— Ну если это твоя подруга, — сказала сестра, — То не сомневаюсь.
Покончив с завтраком, мы хотели помочь маме, но она улыбнулась, и вся посуда поднялась в воздух.
— Хотите увидеть верх мастерства телекинеза? — сказала мама.
Остатки еды, крошки и все остальное отделилось от посуды и собралось в один небольшой комок.
— Самое сложное, это расщепить атомы, — сказала мама, и комок грязи с посуды растворился в воздухе, как мираж.
— Это как? — удивилась Аврора.
— Мое искусство владения силой позволяет мне расщеплять любой объект на субатомном уровне, — улыбнулась мама.
Она взяла тарелку со стола и провела пальцем, — Идеальная чистота…
— А как же микробы? — спросил я.
— Если я их не вижу, это не значит, что я не смогу из оторвать от тарелки, — она показала мне посуду, — Ты же можешь до бесконечности приблизить свое зрение, — предложила мама.
Увеличив тарелку, я не увидел на ней никаких следов грязи или бактерий.
— Я бы даже сказал, что посуда стерильна, — похвалил я маму.
