А ты какими судьбами здесь оказался? – Едва вымолвив это, Шэнь Цинцю припомнил, что Ян Исюань упоминал про адептов дворца Хуаньхуа, которые прибыли в Цзиньлань по подземной реке вслед за ними, – должно быть, в их числе был и Гунъи Сяо. – Дворец Хуаньхуа поручил тебе возглавить разведывательную группу?
– Этот юнец и впрямь был направлен, чтобы расследовать происходящее в городе, однако… отряд возглавляю не я, – отозвался Гунъи Сяо."
"Шэнь Цинцю удивился не на шутку, ведь Гунъи Сяо был любимым учеником старого главы Дворца, и потому до появления Ло Бинхэ все безоговорочно признавали, что именно он станет предводителем следующего поколения.
Даже единственная обожаемая дочь старого главы Дворца явно ему симпатизировала, так что, куда бы ни собирались молодые адепты Хуаньхуа, вести их, безусловно, должен был он. Да и кто, кроме Ло Бинхэ с его ореолом главного героя, способен одолеть Гунъи Сяо, чтобы заполучить его место?
Однако сейчас Шэнь Цинцю было не до этих соображений, так что он просто бросил:
– За ней!
Гунъи Сяо с готовностью согласился, и оба пустились в погоню.
Скрюченная фигура прошмыгнула в трёхэтажное здание. Даже снаружи ощущался разносящийся по воздуху аромат пудры, будто прекрасные обитательницы дома выступали прямо перед ними. Видимо, в прошлом это был публичный дом, но нынче его не осеняли звуки радостных голосов и игривого смеха – певчие пташки и танцующие ласточки[7] покинули его, через широко распахнутые двери виднелся лишь наводящий жуть пустой главный зал на первом этаже.
Затаив дыхание, двое мужчин насторожённо переступили порог.
Оглядев царящий здесь хаос и перевёрнутую мебель, Шэнь Цинцю обратился к Гунъи Сяо:
– Давай-ка разделимся и осмотримся. Ты проверь покои слева, а я примусь за те, что справа.
С этими словами он отодвинул ближайшую дверь веером. В сумраке он с трудом различил очертания лежащего на кровати человека. Шэнь Цинцю насторожился было, но тут же расслабился: на ложе покоился лишь скелет в одеяниях с искусной вышивкой, с отделанными жемчугом и самоцветами головными украшениями в тщательно убранных волосах.
Само положение тела говорило о мирной кончине – по-видимому, одна из здешних обитательниц, предчувствуя близость смерти, причесалась и облачилась в свой лучший наряд, чтобы безмятежно отойти в мир иной во сне. Видимо, желание сохранить красоту даже в смерти – и впрямь неотъемлемое свойство женской натуры. Покидая комнату, Шэнь Цинцю со скорбным вздохом плотно прикрыл за собой дверь.
