Переговоры всегда были специальностью монастыря Чжаохуа, так что настоятель тут же предложил компромиссный вариант:
– Как насчёт десяти дней?
– Семь, – отрезал Юэ Цинъюань. – Дальнейшее промедление немыслимо.
Со стороны это больше всего походило на сбивание цены на овощном рынке. Однако у Шэнь Цинцю были собственные соображения на этот счёт, которые он поспешил высказать:
– Нет нужды в дальнейших спорах, прошу, давайте последуем воле главы Дворца. Пусть будет месяц.
Чем дольше он будет тянуть время, тем лучше – ведь тогда гриб солнечной и лунной росы успеет подрасти ещё немного.
Скосив глаза на Шан Цинхуа, Шэнь Цинцю выразительно шевельнул бровями. Собрат по несчастью тотчас откликнулся – опустил обе руки перед собой в жесте: «Без проблем, предоставь это мне!»
Вот только… Сможет ли он продержаться целый месяц во дворце Хуаньхуа, где всем заправляет Ло Бинхэ?
Глава 7. Водная тюрьма
– Старейшина Шэнь, пожалуйста, наденьте это!
Шэнь Цинцю склонил голову, и ему закрыли глаза плотной чёрной повязкой.
На самом деле подобная предосторожность была совершенно излишней: учитывая, что полный секретов лабиринт дворца Хуаньхуа всё время изменялся, даже запиши Шэнь Цинцю свой путь на видеокамеру, ему всё равно не найти выхода.
Из-за царящей в Водной тюрьме влажности земля была скользкой, и Шэнь Цинцю с завязанными глазами оставалось лишь полагаться на милость ведущих его учеников.
– Гунъи Сяо, – окликнул он.
Следующий за ним по пятам молодой человек тут же отозвался:
– Старейшина?
– Смогу я поддерживать связь с людьми из внешнего мира в ожидании суда четырёх школ?
– Только те, у кого на поясе есть пропускной жетон дворца Хуаньхуа, смогут беспрепятственно пройти в Водную тюрьму.
Выходит, Шан Цинхуа будет не так-то просто пробиться к нему, чтобы обсудить, что нужно делать с грибом солнечной и лунной росы. Поразмыслив над этим, Шэнь Цинцю спросил:
– Как поступили с теми сеятелями?
– После сожжения их останки забрали великие мастера из монастыря Чжаохуа, чтобы прочесть над их прахом сутры и избавить их души от мучений, – обстоятельно ответил Гунъи Сяо.
Со стороны послышался недовольный голос:
– Шисюн, зачем ты ему всё это рассказываешь? Неужто он рассчитывает, что, войдя в Водную тюрьму, он сможет её покинуть?
Шэнь Цинцю по голосу узнал с самого начала настроенного против него рябого ученика.
– Ученику не пристала подобная грубость! – одёрнул его Гунъи Сяо.
