Через площадь до ближайшей двери или, хотя бы, столба, за который можно ухватиться — бесконечность шагов. Надо собраться.
Хотя, на самом деле, хотелось тихо скулить…
Сейчас… только бы справиться. Тем более, что Мэй рядом, и не хочется пугать ее еще сильнее.
Дойти.
— Держи, — через два шага Айт сунул Ренцо в руку гвардейскую алебарду на длинном древке. Усмехнулся понимающе. Можно считать, что вернули оружие… но на самом деле — костыль.
Ренцо благодарно кивнул.
— Ты и правда тот самый трибун, который заставил Этран сдаться? — спросил Айт с интересом.
— Да, — сказал Ренцо.
— И сейчас — легат? Тот, которого обещали сделать наместником? Я слышал…
— Да, легат. Обещали.
На разговоры особо не было сил, все уходило на то, чтобы просто держаться на ногах.
— И что ты делаешь здесь?
— Хочу убить вашего эмира.
Звучит словно глупая шутка.
— По приказу Илоя?
— По зову сердца. Он мне не нравится. Лично.
Айт тихо засмеялся, оглянулся в тут сторону, куда ушла Мэй.
— Ты успел вовремя, легат.
* * *Его отвели в небольшой закуток за конюшней, дали ведро воды умыться, чистую одежду, миску плова с бараниной и кувшинчик молока. Без всяких почестей и церемоний, но это, пожалуй, к лучшему.
Можно было немного расслабиться. Не торопиться, до утра время есть."
"— Отдыхай, — сказал Айт. — Хочу, чтобы ты понимал: здесь многие желают смерти Тарину, и я в их числе. Даже если смерти твоими руками. Юттар мой племянник, пусть и троюродный, но я тоже Айлангьяри. С поражением Юттара наш род утратил многое.
Но это не значит, что я буду как-то поддерживать тебя и желать тебе победы.
— Я понимаю, — кивнул Ренцо.
— На что ты надеешься? — спросил Айт. — Илойцу никогда не одолеть чистокровного джийнарца, тем более, обладающего силой, так, как Тарин.
На удачу… да нет, пожалуй. На свое умение драться — тем более, оно здесь не поможет. На то, что сила откроется вдруг…
— На свое упрямство, больше не на что.
Пойти до самого края и за край, не останавливаясь и не сомневаясь. Только так.
Если и это не сработает, надеяться больше не на что.
Айт долго разглядывал его, оценивая.
— Я пришлю тебе врача, — сказал наконец. — Пусть осмотрит ногу.
Ведро воды — это не так уж много, да и хотелось оставить на завтра, вылить на себя перед поединком. Вряд ли ему принесут еще. А Тарин — огонь. Лис рассказывал, что Юттар буквально сгорел в этом огне, если б не Мэй — он бы умер. Конечно, ведро воды не поможет, но хоть немного лишнего времени ему даст.
