Мои братья просто старались на несколько мгновений дольше удержать маленьких близняшек в своих объятиях.
– Энаким, – зашептал отец, – Марами теперь на твоем попечении.
– Да, и если хоть волос упадет с ее головы, – угрожающе продолжил Элдай.
– Одним словом, – сказал Карим, – ты в ответе…
– За честь и здоровье сестры, – подытожил Тэйро.
Бьерн просто крепко поцеловал меня в макушку и потрепал по голове Кима. «Кто там еще за кем будет присматривать?» – подумала я, но вслух ничего не сказала. Через несколько мгновений вернулась мама.
– Я хочу поговорить с Марами… наедине, – сосредоточенно сказала она.
Братья, как по команде, разомкнули объятия и разошлись по своим комнатам. Остались только я, Ким, отец и мама.
– Наедине, – повторила она.
Мы с братом аккуратно поднялись с колен отца. Ким и папа направились за братьями, а я осталась одна посреди обеденного зала.
– Мара, – с болью в голосе сказала мама и распахнула свои объятья. Со слезами на глазах я кинулась в них, как в омут.
– Мамочка, – всхлипнула я, задыхаясь от нахлынувших эмоций.
– Я позабочусь о нем, не волнуйся, все с ним будет хорошо, я помогу, только ты не волнуйся, я позабочусь, – продолжала я лепетать, даже сама не понимая, что за бред несу.
– Я знаю, детка, – нежно погладив меня по голове, проговорила мама. – Я хочу поговорить не о нем, а о тебе.
Я отстранилась от матери и посмотрела в ее мутно-коричневые глаза, наполненные непередаваемой тоской.
– Дочка, тебе тринадцать, и ты покидаешь меня… Чшш! – Мама приложила палец к моим губам.
– Покидаешь, – утвердительно сказала она. – Я хочу тебе кое-что отдать. – Мама протянула ко мне руку, в которой находилась простая деревянная шкатулка. – Не пытайся открыть ее, она откроется сама, когда придет ее время.
Я растерянно приняла шкатулку из рук матери и вновь зарылась в складках ее платья.
– Пойдем, девочка моя, надо собраться, – нежно сказала мама. И я послушалась.
Рассвет, как хищная змея, подкрался незаметно. Казалось, только я положила голову на плечо уже спящего Кима, как мама толкает меня в бок и говорит, чтобы я просыпалась.
Плохо помню, как одевалась, как таскала седельные сумки к лошадям, что привел Орэн, как будила Кима. Зато хорошо помню, как прощалась с семьей. Первым меня обнял Тэйро, я глубоко зарылась лицом в его густых волосах. Его тяжелая рука нежно погладила меня по голове.
– Будь осторожна, девочка моя, не верь никому, – зашептал брат. – Все, что есть настоящего у тебя, – это мы и Ким, доверяй ему.
