Автор
Сесилия Мейден, внучка Тенгеля Доброго, попадает в непростую ситуацию, но, благодаря унаследованным от предков чертам — незаурядности натуры, решительности, целеустремленности, умению любить — она преодолевает все превратности судьбы. Действие разворачивается на фоне Тридцатилетней войны католиков с протестантами, в которой участвует король Дании и Норвегии Кристиан IV (первая половина XVII века)....
Александр попытался сгладить свой резкий выпад, но это получилось у него совершенно неуклюже:
— Я хочу сказать, что когда ты бросилась в объятия к этому священнику, у тебя были к нему какие-то… чувства?
Сесилия не в силах была отвечать. А он продолжал идти напролом, отдавая себе отчет в том, что ступил на тонкий лед.
— Ведь ты говорила, что не любишь его. Ты сказала, что тогда чувствовала в этом необходимость.
Она бессильно опустилась на ближайший стул.
— Мне хотелось бы знать это, — тихо произнес он.
— Зачем?
— Потому что твое благополучие для меня важнее всего.
Они находились в это время в комнате между двумя спальнями.
— До сих пор я тактично оставалась твоей женой и не обременяла тебя… — произнесла она, чувствуя, что от волнения у нее темнеет в глазах.
— Я не об этом. Я говорю о тебе, Сесилия. Я хочу, чтобы ты была совершенно счастлива здесь, в Габриэльсхусе. Ты так много сделала для меня, я так…
Внезапно до него дошло, что она сказала.
— Ты сказала «тактично остаюсь»? У тебя есть… есть любовник?
— Нет, Александр, — устало ответила она.
— Значит, выходом из этого положения будет любовник, — спокойно произнес он, неотрывно глядя ей в лицо. — И вернемся к тому, с чего начали: к женским потребностям.
Сесилия отвернулась, она готова была сквозь землю провалиться.
Но он безжалостно ждал ее ответа.
— И если это будет? Если я когда-нибудь почувствую такого рода желание? — с горечью произнесла она. — Что ты будешь делать?
Подумав, он мягко и тихо произнес:
— Буду помогать тебе.
"Это было уже слишком! Она вскочила со стула и побежала в свою комнату. Остановилась, чувствуя дрожь во всем теле.
Не заметив, как подошел Александр, она услышала сзади его голос:
— Мне понадобилось три недели, чтобы набраться мужества и задать тебе этот вопрос'
Сесилия торопливо кивнула. Немного подождав, он продолжал:
— Ты признаешь, что…
— Александр, меня переполняет чувство стыда!
— Из-за этого вопроса тебя не должно переполнять чувство стыда, мой друг.
— Ты думаешь, что я действительно… на балу… захотела кого-то из тех мужчин?
— Я так не думаю. Я боюсь этого.
— О, Александр, я считала, что ты лучше знаешь меня!
— Я забыл те слова, которые ты сказала, когда думала, что я умру, — спокойно вставил он.
— Надеюсь, что ты и в самом деле забыл их. И все-таки ты предлагаешь мне свою помощь? Ты? Но какую?
— Не будем вдаваться в детали! Я просто хочу знать: есть ли у тебя проблемы.
