Ни одного человека. Вы меня понимаете?
– Вполне."
"– Тогда давайте прямо сейчас начнем. Сначала я вызову сюда руководителя частной сыскной фирмы, который должен будет расставить в пассаже своих сотрудников. А потом вы позвоните Тарханову. В два часа пригласите Суровцева и Арсаева. Я скажу, что нужно говорить.
Дронго достал телефон и набрал номер директора известного частного агентства. Они договорились, что в пассаже будут расставлены восемнадцать сотрудников фирмы с оружием. Затем Деменштейн набрал номер телефона Тарханова.
Он с трудом заставил себя говорить естественным голосом.
– Добрый день, Александр Михайлович, – начал он. – Вы, наверно, слышали о случившемся. Вчера убили Погосова. Прямо перед нашим зданием.
– Какой кошмар. Уже стреляют прямо в центре города, – лицемерно сказал адвокат. – Уже установили, кто его убийцы?
– Нет. Но там произошла автомобильная авария. Один убийца погиб, другой в реанимации. Может, придет в себя и что-нибудь расскажет.
– Будем надеяться, – вздохнул Тарханов.
– А у меня еще хуже новости. Исчез наш эксперт. Тот самый, который занимался расследованием. Оказывается, он был дома у Погосова и сумел забрать документы Неверова. Можете представить, какой тип? – Деменштейн с трудом сдерживался, чтобы не рассмеяться. – Но мы его обязательно найдем. Никуда он не денется, даже с такими документами.
– Я ему всегда не доверял, – сообщил адвокат, – как только увидел в ресторане, то сразу подумал, что это не наш человек. И вот теперь он сбежал. Домой посылали людей?
– Там дежурят наши сотрудники.
Но его нигде нет. Может, сбежал в свой Баку?
– Наверно, думает, что вы его там не найдете, – неприятно засмеялся Тарханов.
– Найду, – пообещал Лев Давидович, – я всех предателей, которые меня сдают, обязательно найду.
– Вы мудрый человек. До свидания, – быстро попрощался Тарханов, положив трубку.
– Какая мразь! – сказал Деменштейн. – А я ему так верил.
– Теперь остается ждать, когда Френкель сам выйдет на связь со мной, – сообщил Дронго, – и повезти ему документы в обмен на деньги.
– Думаете, что его посадят?
– Не думаю, что на большой срок. Доказать будет трудно. Но репутация будет подорвана. И хотя в вашей среде репутацией не очень дорожат, обвинения в убийстве и шантаже даже среди местных олигархов вызывают отвращение.
– Не любите вы нас всех, – сказал Лев Давидович, – и я не могу понять – почему? Ведь именно мы даем вам работу, платим большие деньги, позволяем вести свободный образ жизни.
