Кривулину для лука тоже подыскал среди деревянного мусора. Ему ведь из него не стрелять, так что даже упругости особой от этого предмета не требуется. Под скептическим взором Рипы насобирал дровишек, наломал тонюсеньких палочек и быстренько помчался к тополю. Он там заметил следы налипшего недавно мокрого пуха, так что стоит попытаться собрать.
Именно это дело оказалось самым трудным. Словно паутинки соскребаешь с шершавой коры и выковыриваешь из развилок. В час по чайной ложке получалось, пока глаз боковым зрением не отметил в воздухе движение.
Есть! Несколько гроздей бруньки, как раз в состоянии, когда из них полезла эта белая вата. Явно припозднилась одна из ветвей с выпусканием семенного материала. Удача! Собрал все, до чего смог дотянуться. Ветка, на которой стоял, неожиданно отломилась. Повис на руках, растеряв часть добычи. Хорошо, что он этот пух сразу запихивал в карман.
Захлестнув тетивой из самой длинной травинки палочку, они в четыре руки принялись «сверлить» углубление в деревяшке.
Самым сложным оказалось удерживать противоположный конец «инструмента». Нагревается и жжет руку, норовя содрать кожу с ладони. А ведь «сверло» надо еще и прижимать как следует. В общем, пришлось городить целую конструкцию с рогулькой, веревочкой и еще одной привязанной ко всему этому палкой.
Дымок пошел быстро, но пока удалось извлечь пламя, прижимая к нагретому месту соломинки и палочки с прикрепленными к концу комочками пуха – натренировались оба.
Один крутил «сверлилку», другой, стоя на коленях, священнодействовал на все манеры, пробуя разные варианты подкормки для того, чтобы добиться горения. Загорелось у Рипы. Когда пламя костра стало устойчивым, она наконец улыбнулась.
– Знаешь, я сообразила, как нужно это делать. В другой раз за пару минут разожжем."
"Пока Славка готовился к добыванию огня, его спутница оборудовала убежище на ночь. Принесенных половодьем деревянных предметов вокруг встречалось немало.
А ветви пары деревьев оказались на подходящей высоте. Сооружение, возведенное ею, справедливо заслуживало высокого звания «халабуда», поскольку не имело четко выраженной формы. Однако, скрепленное завязками из все тех же травинок, отличалось устойчивостью, и вмещало в себя два смертельно уставших тела, оставляя еще место для скромного костра и запаса дров.
Славка, стараясь не топать, чтобы не спугнуть, отыскал в траве змею и убил палкой.
