Они всегда защищали наши земли от тьмы, но никогда не были нашими защитниками.Мы боимся их — тех, кто живёт в кланах, как звери; тех, кто по своему желанию оборачивается в страшных зверей и тех, кто с таким презрением относится к нам, людям.Иногда они покидают свои непроходимые горы, появляясь в империи… требуя невест из человеческого рода. И ни один император им не отказывает.В этот раз они пришли за мной.Однотомник....
— Мне очень нравится твоё настроение, — заметил он. — Этот замок давно пора наполнить улыбками и смехом…
— Так ведь оборотни…
-..моей семьи, — закончил супруг. Нежно меня, поцеловав, он почти с неохотой вернул меня и одеяло на кровать.
— Пора идти, — с сожалением протянул Лиам. — Первые гости появятся на границе уже через час.
— У нас так мало времени? — испуганно спросила я, поскольку надеялась, что гости всё же приедут попозже.
— Тебе не о чем беспокоиться. Всеми хозяйственными хлопотами займётся Айлин.
— Номы…"
"— Нет, Милена, — прервал меня МакГрегор, покачав головой. — Сегодня тебе предстоит лишь командовать служанками… и блистать красотой.
Потянувшись ко мне, супруг не удержался, чтобы не провести рукой по моему обнажённому плечу — сбившаяся на бок рубашка случайно оголила и плечо, и часть груди.
— Кстати, — заметил Лиам. — Под «блистать» я имел в виду в прямом смысле блистать. — Супруг кивнул в сторону столика, на котором я заметила уже знакомые мне шкатулки.
— Черные бриллианты высоко ценятся не только в империи, но и у нас в горах, — пояснил Лиам.
Помолчав немного, муж добавил:
— У нас принято дарить эти камни только своим избранным. Ни одна доминарэ, ни одна любовница не имеет права носить черные бриллианты — только истинная избранница.
Внимательные глаза его легко поймали мой встревоженный взгляд.
— Пообещай, что наденешь на себя как можно больше камней — и продемонстрируешь всему Нагорью богатство нашего клана.
Я не сразу поняла, что он шутит. И лишь когда Лиам рассмеялся — я рассмеялась за ним вслед.
— Не скучай, — произнёс он… и тут же исчез через портал тьмы.
Тогда я ещё была полна решимости выполнить просьбу мужа — и надеть на себя как можно больше драгоценностей. Только вот одно дело сказать (ну или подумать), другое — выполнить.
Впрочем, сама бы я точно не смогла надеть на себя такое количество украшений, которые, в конце концов, оказались на меня как — то нацеплены.
Платье, которое было готово ещё несколько дней назад, сидело на мне как влитое.
И хотя сам силуэт нельзя было назвать ни вычурным, ни ультрамодным — но всё меняла расцветка ткани. Не знаю, кто именно зачаровал материю — но такого цвета я ещё нигде до этого встречала: цвет заката, переходящий в сумерки.
