– А зачем ты ко мне в дом пришла и пахана моего поставила в известность?
– Он мне допрос с пристрастием устроил: кто такая, зачем пришла? Так и вытянул из меня всё клещами.
В принципе мог, но верится с трудом.
– А ты трубку не берешь и на сообщения не отвечаешь, – говорит с укором.
Истинно.
– Ты чо правда хочешь за меня замуж? Нахрена тебе оно? Живи, кайфуй, спи, с кем попало… Тебе только двадцать.
– Двадцать один.
– Один хрен молодая девка. Зачем тебе это всё? Только не втирай щас про «чуйства», ладно?
– Я хочу просто отношений с тобой.
А ты меня бортуешь. Некрасиво это.
– У меня девчонка есть другая… была то есть. Так что извини, ты должна знать.
– Ты любишь её? Свою сестру? – кривится.
Морщусь и сажусь на бортик ванны. Ну вот откуда узнала, еще один Шерлок?
– У меня нет сестры, – стискиваю челюсть. – А есть любимая девушка по имени Эля.
Сам удивляюсь, что говорю этому вслух постороннему человеку. Отцу не смог, Эльке не смог, а Насте выдал на-гора прям в легкую. Может, потому что мне на неё похер?
– Расслабься, щас зубы покрошатся, – легонько шлепает меня по плечу.
– Так что делать будем, Насть?
– Снимать штаны и бегать?
– Ты зачем змею выбрила себе на… звезде? – спрашиваю.
Сейчас змея уже почти заросла, а вот в прошлый раз выглядела эффектно, поэтому и запомнил даже пьяным.
– Да прост, фанатею от интим-стрижок всяких. В прошлый раз лев был, ты не видел.
– И слава богу.
Прям перекреститься хочется, хотя не особо неверующий.
– Так что, будешь со мной встречаться? – прищуривает свои огромные на пол-лица глаза.
– А ты будешь меня из армии ждать? И верной быть? – спрашиваю с ехидцей и встаю с бортика, неудобно моей заднице, пиздец.
Знаю же, что нет. Это же Настюха – гроза вечеринок, местная проблядь и зажигалка. Она и верность – несовместимые понятия.
– Чо сдулась? – троллю ее.
– Твой папа сказал, что армия отменяется.
– А я сказал, в силе. Кому больше веришь?
– Тебе, – Настя бросает на меня игривый взгляд и садится на корточки.
– Ээм, ты чего? – смотрю на неё озадаченно.
Тянет свои шаловливые ручки к моей ширинке, но я пресекаю её действия.
– Нет, не надо.
– Почему?
– Я не хочу.
– Из-за Элечки? – корёжит её. – Она хоть умеет сосать? Сомневаюсь!
При одном только упоминании её имени мое сердце наполняется нежностью. К Эльке неприменим глагол «сосать». Любить – вот какой глагол ей подходит.
– Замолчи, Насть. Я не буду обсуждать её с тобой.
– Мм, она вся такая чистая и непорочная, да? – вскакивает на ноги. – Не то, что я.
