Еще пара дней, и я умру от голода или нехватки кислорода.
Или от безделья.
Я прикладываю свои ледяные руки к не менее холодным щекам, и пытаюсь согреться, сидя в ванной, до краев наполненной горячей водой.
Я совсем ничего не ем, в надежде на то, что моя «забастовка» вызовет у Саадата хоть какую-то реакцию. Поэтому мне так холодно. Энергии и сил нет ни на что. Даже думать трудно.
Со мной уже случалось подобное. Нервное истощение. После близкого общения с отчимом я довела себя до анорексии. Я дошла до той самой стадии, когда организм уже почти не принимал пищу.
В психиатрической клинике было тяжело, но тогда меня спас прекрасный психолог, без которого меня здесь давно не было бы.
Но сейчас мне никто не поможет."
"Не понимаю, на что я рассчитываю? На то, что Джаред придет и будет кормить меня с ложечки? В глубине души – да. Я хочу, чтобы он пришел. Мне так плохо, голова разрывается от давления, что иногда я даже допускаю мысль, что действительно готова умолять его снять с меня маску, стоя перед ним на коленях… Умолять его поверить мне.
Что я не крала у него ни цента, и за то, что пригрозила ему полицией и так бесцеремонно выгнала из дома. Возможно, я погорячилась, унизила его, задела. Это было неразумно, ведь я знала, что подобным поведением только сильнее разозлю Саадата. Боже, я просто хочу, чтобы он дал мне возможность все объяснить ему.
Чтобы он отпустил меня. Джаред же не псих, не маньяк, не больной… он держит меня здесь из мести, обиды и ярости. Одержимый проучить меня – девушку, которая не побоялась потерять его, еще и обокрала компанию на 30 миллионов долларов.
Представляю, как для него все это выглядит… Если конечно Саадат не сам слил информацию с моего компьютера. Ну, а кто еще мог? Ни у кого не было доступа к моим файлам – только у президента компании. Даже Беатрис такое не под силу.
Произошла какая-то чудовищная ошибка.
Может, я могу как-то повлиять на его решение? Пока не поздно. Может быть, я погорячилась, когда все эти два дня лежала на кровати и в мыслях разрезала его душу на маленькие кусочки?
– Ну, давай же… пожалуйста.
Пожалуйста, Джаред, сними это… – слабым голосом прошептала я, снова нащупывая замок, прикованный к затылку. Мне никак не снять ее. Только вместе с головой.
Отчаянье накрывает меня лавиной, и я начинаю рыдать в полный голос, опуская руки в горячую воду. Я плачу навзрыд, не понимая, каким словом или действием я заслужила такую муку. Он мог бы просто снять ее… это было бы человечно.
