Поистине страшное.
Когда, казалось бы, самое ужасное позади и мир начал излечиваться, зализывать свои раны, империи отстраиваться, жизнь возвращаться… всё вновь изменилось. Орден посчитал, что власть должна остаться у них, что они защитники, что они властители. Им становилось мало, жажда, что тлела внутри, требовала больше… больше силы, больше магии. Древняя магия затребовала плату — утоление голода. Тёмные Боги, что даровали эту силу, были неутолимы. Им требовалась кровь… жизни оборотней. Только это могло утолить их.
Боги питались через своих жрецов, как оказалось, ими становились те, кто первыми пошли на этот ритуал. Их души были извращены, искорёжены, изранены. Они больше не были оборотнями, они стали тёмными существами.
Началась вторая война. Ещё более кровожадная, более ужасная."
"Величайшие умы всех Империй смогли найти записи тех древних времён, в которых таились знания. Та информация, с помощью которой орден был искоренён. Долго, не менее кровопролитно, как и с монстрами изнанки, но всё же мы смогли.
Все записи ордена были сожжены, причастные казнены, а члены ордена подверглись ритуалу стирания. Не только физическая оболочка после данного ритуала уничтожалась, но и сама душа, которая уже и не была таковой. Больше это было похоже на нечто отвратительное, чёрное. Но таким путём, пусть и настолько страшным, уничтожались все нити, по которым эти сущности могли бы вернуться. Их словно более и не существовало вовсе. Только когда орден был уничтожен, земля смогла очиститься от скверны. Тогда вновь возродилась сама жизнь.
Периодически отголоски ордена вспыхивают то там, то здесь. Спустя несколько веков, последователи Тёмных Богов появляются и вновь убивают. Специальные войска Империи уничтожают угрозу на корню, никого не щадя, поскольку свежи ещё в памяти те кровавые времена.
Я посмотрел на Аранэю. Она была настолько ошеломлена и напугана, что стала бледна, как мел. Её пошатнуло. Мы с куратором отреагировали одновременно, поддержав девушку с обеих сторон.
— Вы ведь не серьёзно? Верно? — прошептала она, повиснув на моём плече.
Мастер Аррон грустно вздохнул, посмотрев на неё, затем на меня.
— Мы надеемся, что до такого не дойдёт. Что разум не отказал Роксену. Но…
— Те символы, которые начертил этот урод, убивший мастера Эмольсина — они принадлежат ордену? — озвучил главный вопрос.
— Да. Это они, — настроение урсолака изменилось. Он злился, очень злился. — Запрещённые знания, поэтому вы их не узнали.
— Мы поняли, что это тёмный ритуал.
