Автор
В зловещем трактирном крыле "Разбитые надежды", жестокие смехи и сдавленные крики прерывались лишь ненадолго. Здесь, среди скрежета железа и тоскливых взглядов, братия единомышленников сплотилась дракой, нещадно уничтожая любые недоразумения или излишне вольные мысли....
— Ступайте, — буркнул Старый Бирюк. — Мир широк, вы готовы по нему идти.
— Но как же?.. — начал было ученик."
"Старый Бирюк остановился, точно предвидел вопрос.
— Что мог, я передал. — Он вдруг подошел к замершим в ожидании юношам. — Вот, смотрите. — Он вытащил из-за пазухи кожаный мешочек и достал маленькую картинку в видавшей виды жестяной рамке. На фоне заснеженных гор в светлом дворе неведомого роскошного здания, выставив одну ногу вперед, летел человек в небывало яркой одежде. Другие люди, облаченные так же, смотрели на него с почтением, сжимая в руках диковинное оружие.
Лешаге показалось, что голос Старого Бирюка звучит как-то необычайно мягко, точно и не наставник, а отец говорит с ним.
— Ну, что застыли? Ступайте!
* * *— Вот, это Шаолинь. — Лешага, замявшись, расстегнул ворот защитного костюма и стащил с шеи висевшую на шнурке реликвию.
Зарина поглядела на протянутое сокровище. Он сам недоумевал, зачем показывает чешуйчатой сокровенный дар учителя.
— Я знаю, — вдруг произнесла женщина, глядя на него.
— Знаешь? — у Лешаги перехватило дыхание.
— Да. У нас есть книга о нем. Только она на другом, непонятном языке. Погоди, я сейчас принесу.
Глава 3
Беспроглядная ночь висела над развалинами, упрятанными под землю, поросшую шипастым кустарником. Гнетущая тишина холодила душу. Лешага сидел на замшелом валуне на том самом месте, где еще совсем недавно кипел бой. Сейчас только измятая жестколистая трава, усеянная множеством кривых зацепок-серпов, да пятна крови на ней еще помнили о недавней схватке. Ни возов, ни мулов, ни водоносов, ни охраны, только эти быстро впитывающиеся в сухую землю пятна.
Леха сидел, обхватив колени руками, как давным-давно в детстве, когда школьный учитель, присланный из Бунка в их селение, рассказывал страшную историю о волнах, пришедших из далекого, сумеречного моря. За считаные часы они преодолели путь, который обычный караван делает за пять, а то и шесть рук дней.
