Похоже, что-то в Мефодии не нравилось ему или казалось подозрительным.
«Странно… Он же неплохо к нему относился!» – подумала Даф.
– Что нам делать? Как быть? Кто виноват? Ты че, больной? И скока стоит? Эти пять вопросов определяют действительность на двести лет вглубь и на триста лет вперед. Особенно популярны вопросы три и пять, – проворчал Арей. – А делать нам вот что, дорогая светлая! Продержаться ближайшую ночь и, возможно, еще одну после этой. Мефодия нельзя ни на минуту оставлять одного… Мы будем дежурить все по очереди.
Я внизу, в подвале. Улита в приемной. А ты, Даф, хм… пожалуй, тебе придется на ближайшее время стать его тенью. Чуть что хватайся за свою многозарядную дудочку!.. И, кстати, совет: не давай ему спать.
– А спать-то почему нельзя? – удивилась Даф.
Арей оскалился, что с учетом ситуации могло означать улыбку.
– Мрак сильнее во сне. Именно тогда все темные желания лезут наружу, – сказал он.
* * *Помня приказ Арея стать тенью Мефодия, Даф отправилась в его комнату.
Лукавая кровать-перевертыш, разрубленная мечом Древнира, исчезла. Теперь ее заменяло старинное ложе, очень неудобное на вид и жесткое. Заинтересовавшись, Дафна обнаружила сбоку медную табличку:"
"«Запасники Тартара.Наименование: ложе.Инв. № XXVIIIПредыдущий владелец: Прокруст»– Откуда это? – спросила Даф.
– А-а-а… Тухломон подсуетился! – махнул рукой Мефодий.
– И как, спать можно?
– Вообще я хотел бы что-нибудь помягче. А это даже хуже раскладушки. Похоже, у Прокруста был сколиоз, если он спал на такой деревяшке.
Там еще такие штуки были, которые тебя опутывают, когда ты ложишься, но я их мечом отсек. А чем это ложе-то провинилось, что в Тартар попало? – поинтересовался Мефодий, зевая.
Даф подумала, что расскажет ему об этом в следущий раз.
Они играли сначала в шахматы, потом в шашки, затем в карты. Наконец и карты выпали у Мефодия из рук. Король стал путаться с валетом, а у бубновой дамы обнаружилась вдруг неприятная песья морда.
Мефодия клонило в сон. Веки смыкались. Ему смутно чудилось, что к каждой реснице привязали по прочной леске и теперь за них тянут маленькие человечки. Кроме того, что-то жгло его шею с правой стороны, там, где на вороте был мак. Мефодий несколько раз принимался чесать шею ногтями. Зуд как будто прекращался. И снова его голова начинала опускаться.
– Эй! – сказала Даф. – Эй! Ты не спишь?
Мефодий очнулся. Его голова мотнулась назад.
– Угум… – сказал он.
