Она действительно ощущала себя выспавшейся и полной сил, а еще… ужасно голодной! Бьярн словно прочитал ее мысли.
— Я сейчас попрошу принести чего-нибудь перекусить. Мы подкрепимся, а потом поговорим.
— И ты расскажешь все? — скептически поинтересовалась Мара. — Да неужели?
— Колючка моя любимая. Все расскажу.
Он поднялся, и от Мары не ускользнуло то, как он сморщился от боли — все же очень мало времени прошло после ранения. Пусть к услугам принца штат всех лучших медикусов Симарии, но с такими ранениями лежать бы смирно еще несколько дней, а не в каретах трястись и девушек на руках таскать.
— Дай посмотрю, — вырвалось у Мары. — Швы хорошо наложили?
— Обязательно посмотришь! Я весь твой. Давай только поедим, умираю от голода.
Мара и сама была слишком голодна, чтобы спорить. Бьярн вышел в соседнюю, смежную со спальней комнату и скоро вернулся, приглашая ее с собой.
Маленький круглый стол сервировали на двоих серебряными столовыми приборами. В графине золотилось вино. На тонких фарфоровых тарелках лежали крошечные, с мизинец, пирожные всех видов, в креманках — варенье разных сортов, хрустящие хлебцы и булочки аппетитно выглядывали из корзины.
Бьярн присвистнул, разглядывая это богатство, переглянулся с Марой.
— Мяса?
— Ага!
— И эля?"
"— Да-а! Вот только эти пирожные оставь, пожалуйста. Я их потом попробую, — смущенно добавила она.
Пирожные показались ей знакомыми, и только доедая последнее, она поняла почему: крем оказался таким же, как на торте, купленном за бешеные деньги, когда они гуляли по городу в день рождения старшего сына Вседержителя.
— Ой! — Мара едва не подавилась. — Это ведь… получается, был твой день рождения! О, Бьярн… Глашатаи тогда просили молиться о здоровье наследника, а ты рассердился. Бьярн, у меня голова кругом от всего этого! Как получилось, что наследник два года разгуливал по всей Симарии? Это же уму непостижимо!
Бьярн вздохнул, понимая, что дольше тянуть нельзя.
— Хорошо, птаха. Сейчас я могу все рассказать. Ты ведь знаешь, что каждый юноша знатного рода должен пройти своего рода инициацию.
Испытание, которое тем сложнее, чем выше стоит род. Это было моим испытанием.
Мара и верила, и не верила.
— Но что же это за испытание такое, когда наследника правителя в любой момент могут убить? Умереть у тебя было гораздо больше шансов, чем выжить! Просто чудо, что ты сейчас сидишь передо мной.
Бьярн знакомым до боли жестом почесал подбородок и, кажется, сам удивился отсутствию бороды.
