Я, хоть и не сомневался, но все равно на душе становится как-то тепло. Чуть улыбаюсь и беру Лину за руку. Сжимаю ее.
Теперь главное.
— На этом ваше родство заканчивается, — говорит доктор. — Вы не являетесь родственниками. Вообще. Вероятность совпадения ноль процентов.
Я закрываю глаза.
Все.
Пустоту в душе, наконец, заполняет радость. Ликование. Мне хочется схватить Лину и Данилу и никогда не отпускать.
Чувствую, как Лина пальчиками играет у меня в кулаке. Щекочет.
Поворачиваюсь к ней. У нее по щекам бегут тонкие струйки слез.
Беру ее за затылок и наклоняю к себе.
— Все, девочка, все, — шепчу в волосы. — Теперь все.
После этого мы решаем прогуляться в соседнем парке. Идем по дорожке, между нами Данила и его теплые ладошки крепко сжимают наши руки.
Вот и у меня есть семья.
— Знаешь, Мэт, — произносит Лина. — Я решила согласиться на операцию. Я хочу помочь Виктору. Наше родство с ним подтверждено.
— Я против, — хмурюсь я. — Для женщины такая операция чревата. Мы будем искать другой выход.
Донора уже ищут. Нет, Лина, я не хочу, чтобы ты подвергала свое здоровье такому риску. Я не хочу тебя потерять. Я, наконец, счастлив. Впервые за столько лет. И никому не отдам свое счастье.
Беру ее за подбородок и тяну к себе. Целую в губы.
Я и правда уже все решил с клиникой, где лежит Виктор. Донора постараются найти в ближайшее время. Деньги должны помочь в этом. А пока они будут поддерживать его.
Но жертвовать Линой? Нет. Я не готов.
Отвожу Лину с сыном домой, а сам еду в офис.
Там накопилось много дел. Они тоже не могут ждать.
На мгновение задумываюсь.
Если мы с Виктором не родственники, то кто мои родители? Кто мой отец? И значит на наследство я претендовать не могу.
Дед будет против. Да и не дед он мне, получается. Плевать.
А он как будто чувствует, что о нем думаю. Звонит мне. Из Америки.
— Мэт? — слышу знакомый хрипловатый голос.
— Я, дед. Привет! Как ты там?
— Что с Виктором, Мэт? — взволнованно спрашивает он. — Почему он не отвечает? Уже несколько дней.
Что у вас там стряслось?
И я понимаю, что скрывать от него больше нельзя. Рассказываю про Виктора. Но про Лину и Данилу не решаюсь. Это надо лично.
— Я вылетаю через пару дней, — слышу в трубку после продолжительного молчания.
— Хорошо. Будем ждать.
Да, так будет лучше. Сразу на месте все ему и рассказать.
Разобравшись с бумагами, выхожу из офиса. Сейчас я поеду домой. К Лине и Даниле.
Как же хорошо, когда не надо бояться сделать что-то неправильно.
