Надеюсь, теперь ты соблаговолишь поцеловать меня?
Столь торжественная клятва произвела впечатление, и Сирена снисходительно кивнула:"
"– Пожалуй. – Но не сделала ни малейшего движения, чтобы присоединиться к мужу, когда он растянулся на покрывале.
Приподняв брови, Трейгер выждал минуту-другую и нетерпеливо приказал:
– Сирена, иди сюда.
Прелестные губки сложились в сладострастную улыбку, когда она села на постель.
– Итак, ты утверждаешь, что твоя страсть ко мне не ослабеет, когда я буду вчетверо старше, чем сейчас? – охрипшим голосом протянула Сирена, поглаживая тугие мышцы его живота и зажигая огонь в крови.
Трейгер притянул жену к себе.
– Я не доживу до столь почтенного возраста, если ты не прекратишь мои мучения.
Всю игривость Сирены как рукой сняло, когда любимый прижал ее к своей груди и она ощутила гулкие удары его сердца. Искра страсти вспыхнула жарким пламенем. Губы Сирены приоткрылись, мысли смешались, пульс лихорадочно забился, и она отдалась чувствам, беззащитная перед бешеным напором Трейгера.
Вдруг Трейгер отпрянул от нее. Сирена подскочила в постели и увидела Барона, по привычке устраивавшегося у нее в ногах.
– Пошел вон! – отрывисто скомандовал Трейгер бесцеремонному псу. Но тот лишь злобно оскалился, не проявляя ни малейшего намерения покидать постель. Сирене пришлось обратиться с увещеваниями к своему верному стражу, который надеялся, что хозяйка передумает и позволит ему остаться в облюбованном им гнездышке, но… Барон наконец спрыгнул с кровати и улегся на полу.
– Я позабочусь, чтобы наглая дворняга обзавелась надлежащим жилищем вне дома, когда мы переберемся в Коннектикут, – пообещал рассерженный Трейгер.
Разгладив морщинки у него на лбу, Сирена привлекла мужа к себе.
– Мы прямо сейчас займемся проектированием будки для Барона или продолжим то, чем занимались?
– Пожалуй, будка подождет… как и все остальное. – И, прильнув к розовым лепесткам ее губ, застонал от жгучего желания обладать своей русалкой. – Боже, как я соскучился по тебе!
Сознавая, как близок был к тому, чтобы потерять ее навеки, Трейгер вспомнил первый поцелуй Сирены.
«Впрочем, каждый раз у нас все будто впервые», – подумал Трейгер, чувствуя, как покалывает кожу от трепетных прикосновений нежной руки к его мускулистому телу. Неужели так будет всегда? Ответ пришел незамедлительно, но Трейгер мгновенно забыл обо всем, отдавшись невероятным ощущениям, возносившим его к далеким звездам.
Дикая роза, спрятав шипы, научила его чуду любви.
