Они возлагали надежды о продолжении рода на молодых драконов, вылупившихся их старой кладки, которых за глаза прозвали «последними из древнейших».
Все материалы по делу о смешанных браках отметили грифом «секретно» и спустили в архивы, постановив провести расследования, чтобы найти незаконнорождённых полукровок, если таковые, действительно, существуют и установить за ними наблюдение.
Никто из драконов не спешил признаваться в греховных связях. Наверняка, такие незаконнорожденные полукровки существовали.
Распространение информации среди людей строго запрещалось.
Я проникся разговорами, посчитал их не лишенными здравого смысла. Ведь, манускрипты, действительно, не нашлись, а верить словам Рамины я опасался. Переживал за Василису. Решил, что нам не стоит спешить с детьми. С другой стороны, я переживал, что человеческий век такой короткий."
"Мне пришлось оставить мысли о мести Накеру. На время. По крайней мере сделать вид, что я успокоился. Ради спокойствия моей ненаглядной ведьмочки.
Она безумно переживала за подружку и ее будущего ребенка. Как и Совет, который замял дело Накера о контрабанде единорогов, а также его причастности к делу Бореля. Ему и Беляне назначили условный срок и домашний арест. Совет был крайне заинтересован в ребенке.
Мы сошлись с Василисой на компромиссе: я оставлю Накера в покое, но она прекратит общение с подругой.
Зато нашим частым гостем стал ее дружок студент-вундеркинд. Иногда я видел, как он бродит приведением по нашему замку, погружаясь в мысли и ничего не замечает вокруг.
Он крайне тяжело перенес разрыв с белобрысой подружкой, и Василиса сильно переживала за друга. Я пытался втолковать ей, что первая любовь часто ни к чему не приводит, что Святозар успокоится и всё пройдет, что он еще встретит настоящую любовь.
Василиса смотрела на меня зелеными глазищами и доверительно сообщала, что я ее первая и единственная любовь. Я обводил пальцем контуры драконьей метки на хрупком плечике и поправлял: «истинная любовь».
Потом нежно и долго целовал. За что мне такое счастье?
И тихо, искренне сочувствовал студенту. Его ждало блестящее будущее впереди. Если сможет собрать куски разбитого сердца.
Василиса упросила взять друга под личное покровительство. Единственное, что могло отвлечь его первое время от дурных мыслей — это ментальные тренировки. Он снова и снова с рьяным упорством тренировал блоки и защиту от проникновения в сознание. У него удивительно хорошо получалось.
