Серго… Какого чёрта ты здесь забыл? Я не везде поставила подпись? Или… Ты пришёл посмотреть на дочь? Последняя мысль заставляет моё сердце биться чаше, разгоняя по венам сладостное ощущение его вовлечённости. Ну неспроста же он здесь, ей богу! Значит… значит, он думает о Нино. Значит, в нём пробуждается что-то такое, на что я и не смела даже надеяться. Что-то такое, что заставляет Серго рисковать. Сводит на нет осторожность. Что-то намного более сильное, намного более значимое. Я захлёбываюсь восторгом. И чуть привстаю.
Сосед справа удивленно ко мне поворачивается.
– Извините… – как дурочка улыбаюсь я. Лимон мне съесть, что ли?
– А сейчас мы приглашаем на сцену наших «Капелек»! – радостно объявляет ведущий мероприятия.
Горозия косится на сцену, и я с точностью до миллисекунды вычисляю момент, когда он замечает среди других детей нашу дочь. Его широкие плечи, обтянутые пиджаком, каменеют, а корпус машинально подаётся вперёд. Я даже не дышу, наблюдая за ним, но как-то умудряюсь заставить Серго оглянуться.
Наши взгляды мимолетно встречаются. Но мне и этого достаточно, чтобы окончательно себя в нём растерять.
Глава 24
Серго
Не знаю, что заставляет меня проявить такую неосторожность. Скорее всего, я просто больше не могу мириться с мыслью, что снова и снова упускаю нечто важное. Спросите, что важного в концерте, организованном в детском саду? Да чёрт его знает. Может то, что здесь выступает моя единственная дочь. А я какого-то хрена с возрастом стал ужасно сентиментальным. Буквально глаз с неё не свожу… И как последний дебил улыбаюсь, припомнив Женькины слова о том, что у Нино к танцам нет никаких способностей.
Видит бог, это действительно так. У нашей малышки большие проблемы с координацией. Что бывает довольно часто, когда мозг не поспевает за ростом тела. Я ведь раньше не мог этого оценить, а теперь вижу, что Нино на полголовы выше своих сверстниц. Выходит, она не только лицом и упрямством в меня пошла. Внутренности окатывает кипятком. Нино неуклюже подпрыгивает и кружится, подняв над головой ручки.
И, клянусь, моё сердце подпрыгивает строго в такт, будто привязанное к одной из них…
Наконец, музыка стихает. Дети нестройно, кто во что горазд, заканчивают номер. Нино замирает в картинной позе с полной превосходства улыбкой на губах. Я встаю, тихонько посмеиваясь. Совершенно определённо моя девочка знает себе цену. Женьке удалось это в ней воспитать. Что для неё было наверняка очень важно, учитывая собственный не очень-то радостный опыт.
