В свое время я позаботилась, чтобы быть как можно менее похожей на него. Но уверена, в Тимуре я найду много чего, что будет напоминать мне о нем. И да, я до сих пор не знаю как к этому относиться.
Могу я на день побыть знаменитой Скарлетт О`Хара и “подумать об этом завтра”? Впрочем, уверена, что завтра плавно перерастет в послезавтра и не будет отпускать меня еще долгие годы.
Но сейчас, глядя как Тимур бомбочкой плюхается в бассейн, я громко визжу от волны брызг и всеми силами стараюсь отвести глаза от спины Марата, решившего присоединиться к сыну.
Спины, на которой явно просматриваются следы прошлой ночи или если уж быть точнее — следы моих ногтей.
Глава 60
После такого активного дня Тимур впервые засыпает не дослушав сказку, я целую его спящую мордашку, обнимаю и выхожу из спальни. Не то чтобы я снова рассчитывала на прекрасное продолжение вечера, но после того как они дали мне поспать почти до обеда, сна сейчас ни в одном глазу.
В гостиной я нахожу Марата, перебирающего кучу бумаг и почему-то думаю о том, что у него, в отличие от меня, нормального сна не было уже несколько дней.
По-хорошему, ему бы сегодня самому устроить релакс в джакузи, но с другой стороны… подозреваю, что выспаться ему это вряд ли поможет.
— Как успехи? — интересуюсь, присаживаясь рядом с ним на диван.
— Успехи были бы гораздо лучше, если бы Ковальский, наконец, очнулся и сам рассказал нам куда он успел вляпаться. Врачи говорят, что жизненные показатели в норме, подлатали они его, а он все отсыпается.
Видимо, устал…
В этот момент у него звонит телефон и я с удивлением перевожу взгляд на часы. Полдесятого вечера. Для рабочих звонков поздновато. Марат отвечает на вызов и из динамика до меня доносится возбужденный женский голос.
У Скалаева, наверняка, до моего появления была какая-то личная жизнь, хотя бы та фифа с красными ногтями с благотворительного вечера. Так что, удивляться, в принципе, нечему. И тем не менее, когда Марат бросает краткое: “Я жду, приезжай”, у меня глаза лезут на лоб.
Он реально только что пригласил сюда одну из своих баб? Ладно я, но хоть бы сына постеснялся, что ли! Хотя… ну не мог же он?
Скалаев, словно почувствовав мой душевный раздрай, выходит из ступора и поясняет:
— Сейчас Альбина подъедет, мой бухгалтер. Они там кое-что нарыли по МиКрейт. Кажется, что-то важное.
Следующие полчаса мы проводим в нервном предвкушении.
